А.И. Куинджи. Лунная ночь на Днепре. 1880

В 1880 году в культурной жизни России произошло знаменательное событие. Впервые открылась выставка только одной картины. На ней Архип Иванович Куинджи демонстрирует ставшую знаменитой «Ночь на Днепре». До этого полотно можно было увидеть в течение двух часов по воскресеньям, когда открывались для публики двери мастерской Куинджи, на Малом проспекте. Теперь же, выставленная в «Обществе Поощрения Художеств», она вызвала настоящий зрительский ажиотаж, весь Петербург осаждал помещение. Поэт Фофанов написал стихотворение на тему картины, композитор Браун положил его на музыку. В газетах писали: «Не в обычае посвящать передовую статью художнику. Но мы думает, что картина Куинджи – большое общественное явление...». Самый восторженный отзыв принадлежал Суворину, писавшему: «...богато одаренный талант пойдет своим путем... Так поступил Куинджи. Его «Ночь на Днепре» – это не движение живописи вперед, а скачок, скачок огромный. Картина эта – невиданное еще нигде могущество красок. Впечатление от нее – решительно волшебное: это – не картина, а сама природа, перенесенная на полотно в миниатюре. Луна – это действительная луна, она действительно светит; река – это настоящая река, она действительно светится и блестит; вы видите эту рябь, вы почти угадываете, куда, в какую сторону несет свои воды Днепр; тени, полутени, огни, воздух, чуть заметный пар – все это передано так, что удивляешься, как могли краски это передать... Такой картины нет в целом мире, нет в мире искусства!». Словом – слава и успех. Больше всего поражала иллюзия реального света, переданного так, что зрители старались заглянуть за ширму, на которой висела картина, чтоб удостовериться в отсутствии лампы. Некоторые утверждали использование химических составов на основе фосфора. Однако это не совсем верно. Решающую роль в создании впечатления играет необычное цветовое построение полотна. Применяя в картине дополнительные цвета, усиливающие друг друга, художник добивается невероятного эффекта иллюзии лунного цвета. Правда, известно, что эксперименты все-таки были. Куинджи интенсивно применял битумные краски, но фосфором не пользовался. К сожалению, из-за неосторожного смешения химически несовместимых красок, полотно сильно потемнело. Но даже в потемневшем варианте полотно поражает невероятной силой образа. Кажется, художнику удалось проникнуть во внутреннее сознание мира, полного таинственной, недоступной человеку роскоши.