Серебрякова Зинаида Евгеньевна

(1884 – 1967)

       Произведения Зинаиды Евгеньевны Серебряковой, экспонировавшиеся в 1910 г. на седьмой выставке Союза русских художников в Петербурге, принесли молодой дебютантке невиданный успех. В благожелательных отзывах критиков и художников, к которым принадлежал и В.А. Серов, они получили высокую оценку. Свидетельством большого таланта и мастерства молодой художницы стало приобретение с выставки Советом Третьяковской галереи трех ее работ: автопортрета «За туалетом», пейзажа «Зеленя осенью» и портрета крестьянской девушки. Всех покорила фантастическая одаренность Серебряковой, ее удивительная способность отражать окружающий мир радостно, романтически - восторженно.
       Художница родилась 28 ноября (10 декабря) 1884 года в семье Лансере-Бенуа – прославленной художественной династии России. Ее отец, Евгений Александрович Лансере был известным скульптором, мастером небольших жанровых композиций. Он умер рано, и маленькая Зина знала его только по воспоминаниям родных. Мать, Екатерина Николаевна, была родом из знаменитой семьи Бенуа: ее отец Николай Леонтьевич и брат Леонтий – известные архитекторы. Виднейшими деятелями русской культуры были и два других ее брата: график, историк искусства Александр Николаевич и художник-пейзажист, председатель Русского общества акварелистов Альберт Николаевич. Архитектором был и ее дед, Альберт Кавос – сын выходца из Италии композитора Катерино Кавоса.
       Детские и юношеские годы Серебряковой прошли в Петербурге. Любовь к этому красивейшему городу мира, к его музеям, дворцам и паркам она пронесет через всю жизнь. Лето семья проводит в Царском Селе. Роскошный архитектурно-парковый ансамбль произвел на девочку неизгладимое впечатление, и позже в своих работах художница передала возвышенную рукотворную красоту этих мест. В семье все были искренне преданы искусству, и служение ему считали главным делом своей жизни. Творческая атмосфера, в которой росли братья и сестры Серебряковой, оказала огромное влияние на их художественное воспитание. Талант маленькой Зины развивался под пристальным вниманием старших членов семьи, которые учили ее понимать искусство, ценить прекрасное, рисовать, писать акварелью. В доме постоянно бывали друзья ее дяди Александра Николаевича Бенуа и брата художника Евгения Евгеньевича Лансере С.П.Дягилев, Л.С.Бакст, К.А.Сомов, М.В.Добужинский. Все они были единомышленниками и стояли у истоков создания знаменитого «Мира искусства». Наступит время, когда Серебрякова станет экспонентом, а затем и членом этого ведущего художественного объединения (1911).
       В 1901 г после окончания. Коломенской женской гимназии Серебрякова поступает в частную школу княгини М.К.Тенишевой, где изучает анатомию, рисует гипсы, постигая сложные законы построения формы. Но, ей так и не удалось воспользоваться консультациями руководителя школы – И.Е.Репина, так как вскоре она была закрыта. Осенью 1902 года Серебрякова едет в Италию. В Риме состоялось ее знакомство с замечательной художницей-графиком А.П.Остроумовой-Лебедевой. Общение с умной талантливой женщиной, достигшей, благодаря своему искусству большой известности, несомненно, помогло рассеять сомнения молодой девушки в правильности выбранного пути. Вместе они осматривают памятники архитектуры, произведения великих мастеров эпохи Возрождения. На Капри Серебрякова пишет марины, этюды с видами залитых южным солнцем гор, узких, бегущих вверх улочек. Вернувшись в мае 1903 года в Россию, она поступает в мастерскую ученика Репина О.Э.Браза, и два года старательно штудирует натуру. Самым сильным впечатлением этого времени стало посещение устроенной Дягилевым «Историко-художественной выставки русских портретистов», которая открылась в Петербурге 5 марта 1905 года Трудно переоценить такого рода событие для любого начинающего художника. Серебряковой открылась пленительная красота портретных образов Рокотова, Левицкого, Боровиковского, А. Иванова, Венецианова. В этом же году Зинаида Евгеньевна вышла замуж за Бориса Анатольевича Серебрякова, и вскоре уезжает в Париж. Ее буквально ошеломил бурный «водоворот» художественной жизни, обилие выставок, на которых экспонировались работы мастеров разных направлений. Картины Сезанна, Ван Гога, Гогена, Матисса, Дерена, Брака, Пикассо будоражили воображение и вдохновляли на поиски своего места в искусстве. Глубоко взволновало Серебрякову творчество импрессионистов, а также их предшественников – Коро, барбизонцев с их пленэрными инновациями. Под впечатлением увиденного она в импрессионистической манере пишет этюды с видами Парижа и его окрестностей. По совету А.Н. Бенуа юная художница поступает в студию Академи де ля Гранд Шомьер, но, к ее большому сожалению, здесь мало внимания уделяют учебному процессу и ей приходится в основном работать самостоятельно. В рисунках этой поры четко проступает то понимание изобразительной формы, которое впоследствии определило характерную манеру Серебряковой: плавные линии четко обрисовывают контуры фигур, мягкая штриховка моделирует объемы, выразительно передавая пластику человеческого тела.
       В Париже завершилось художественное образование Серебряковой. Это был необычайно плодотворный период, благотворно отразившейся на дальнейшем развитии ее дарования. Вернувшись в Россию, она подолгу живет в родительском имении Нескучное в Курской губернии. Здесь приблизительно за десять лет, Серебрякова создает свои лучшие произведения, воплотив в них давно питавшие ее воображение замыслы. Ее альбомы заполнены портретами крестьян, зарисовками полевых работ, домашних животных, жанровых сценок. Из работ, составивших серию «Типы Курской губернии» (1903–1906) выделяются листы «Деревенская девушка», «Крестьянская девочка», «Табунщик», которые были воспроизведены на почтовых открытках. Стремясь к точной передаче облика своих моделей, художница тщательно прописывает лицо, прозрачными мазками легко намечая фигуру и фон. Светлый мажорный колорит пейзажей окрестностей Нескучного созвучен тому приподнятому настроению, которое каждый раз охватывает ее на этюдах, заставляя вновь и вновь восхищаться неповторимой красотой родной земли. Композиции решены монументально, многопланово, что позволяет почувствовать всю неоглядную ширь пашен, полей со стогами сена, заливных лугов с пасущимися на них лошадьми.
       В Нескучном Серебрякова создает самое известное свое произведение – автопортрет «За туалетом» (1909). Восхищает созданный художницей образ грациозной молодой женщины, милое лицо которой озарено большими вопрошающими глазами. Подобно старым мастерам она пишет многослойно, тщательно моделируя лицо, фигуру, предметы туалета. Как драгоценности играют и переливаются освещенные утренними лучами зимнего солнца флаконы, бусины шпилек разбросанных на столике. Темная рама зеркала подчеркивает световую насыщенность изображения, передающую радостное, бодрое настроение художницы. В своих многочисленных живописных и графических автопортретах Серебрякова стремится проникнуть в тайну человеческой природы. В работах «Девушка со свечой», «Пьеро» все внимание сосредоточено на выявлении тонких оттенков душевного состояния. Характерная тяга Серебряковой к созданию прекрасных женских образов сформировавшаяся под влиянием искусства итальянских мастеров Возрождения и Венецианова, в полной мере проявилась и в портрете О.К. Лансере – жены брата Евгения. Ровное мягкое освещение, соразмерное распределение светлых и темных цветовых пятен, чистота линий и форм, передающих красоту молодой женщины, - все это создает ощущение умиротворения и гармонии.
       В начале 1910-х годов Серебрякова, стремясь противопоставить пошлой красивости «вечные» эстетические ценности, создает одно из самых классицистических своих произведений – «Купальщицу». Композиция выстроена по строгим академическим правилам с использованием первого и второго планов, затемненного фона и обязательной драпировки, но картина Серебряковой написана не в мастерской, а на пленэре и все в ней приведено в движение: развивающиеся волосы купальщицы, бегущие облака, прогибающиеся от ветра кусты и ветви деревьев. Жизненное и одновременно романтичное изображение молодой прекрасной женщины далеко от сухой академической образности. Стилистика неоклассики и модерна с их культом красоты, романтическими поисками национальных истоков оказалась наиболее соответствующей эмоциональной натуре и творческим исканиям Серебряковой. Ее особенно волнует красота человека, олицетворением которой стала для нее женщина-крестьянка. Прекрасные образы «русских Венер» созданные в картине «Баня», несмотря на жанровую трактовку, являются аллегорией красоты, молодости, здоровья.
       В годы первой мировой войны Серебрякова живет в Нескучном. В картине «За обедом» она противопоставляет грозной надвигающейся силе хрупкий, легко разрушаемый мир, основанный на любви и родственной близости. Выдержанный в спокойной тональности колорит и объединяющая трогательную группу маленьких детей художницы уравновешенная композиция, создают атмосферу особой трогательной теплоты и нежности. С тонким пониманием особенностей детской психологии Серебрякова отразила характер каждого ребенка. Дети давно стали ее постоянными моделями, и по количеству замечательных работ, посвященных этой теме ее можно сравнить только с Серовым.
       Горячее желание воспеть национальную красоту русской крестьянки находит воплощение в монументальных полотнах «Жатва» и «Беление холста», составивших одну из самых ярких страниц творческой биографии Серебряковой. Любуясь своими моделями, художница воплощает замысел в совершенной художественной форме выразившейся в гармоничном и ясном согласовании композиции, цвета, ритма линий и создает шедевры, навсегда обессмертивших ее имя. Появление этих полотен на выставках было отмечено современниками. Заложенный в них глубокий философский подтекст, утверждение свободы личности, духовной и физической красоты простого человека-труженика, обозначило совершенно новый подход к решению крестьянской темы. Характерный русский типаж Серебрякова находит в облике жителей деревень расположенных в нескольких километрах от села Нескучное. Среди огромного количества подготовительных этюдов выделяются холсты «Крестьяне. Обед», «Две крестьянские девушки», «Крестьянка с квасником», «Обувающаяся крестьянка». Восхищают своей одухотворенностью лица изображенных людей, пластика и величавость движений, их внутреннее достоинство.
       Вскоре художница получила уникальную возможность проявить свой талант монументалиста и декоратора, так ярко и полно заявивший о себе в жанровых полотнах. По приглашению А.Н.Бенуа она выполнила эскизы панно «Индия», «Турция», «Сиам», «Япония» (1915-1916) для строящегося по проекту архитектора А.В.Щусева Казанского вокзала в Москве. Они решены в характерном для стилистики модерна сочетании декоративной условности и реалистичности изображения. В октябре 1916 года правление Казанской железной дороги аннулировало все заказы на оформление вокзала, и работа не была завершена, но эскизы к панно созданные Серебряковой знаменуют рождение художника-универсала и характеризуют ее как большого мастера-монументалиста.
       Символом распада русского мира стали для многих современников художницы революционные события и гражданская война в России. В эпоху всеобщего ожесточения Серебрякова осталась верна своим эстетическим принципам: черной краски ее палитра не знала даже тогда, когда душа была омрачена горем: высший долг художника она видела в сохранении идеалов красоты и гармонии. В картине «Спящая крестьянка», которую Серебрякова считала своим лучшим произведением, она погружает нас в стихию «первоначал» жизни и дает целостный образ, соотносимый с образом матери-земли. Изображение крестьянки погруженной в сладкий, уводящий от суровой действительности сон обогащается дополнительным смыслом и придает ему глубинную символическую тональность.
       Ассоциативную связь с всеразрушающей стихией народного бунта обнаруживает полотно 1919 года «Карточный домик». Оно было написано в трудный период жизни Зинаиды Евгеньевны, когда вместе с детьми и матерью она была вынуждена скитаться по квартирам сначала в городе Змиеве, затем в Харькове, так как Нескучное было разграблено и сожжено. Год создания картины ознаменовался трагическим событием: 17 апреля 1919 года от тифа умер муж Серебряковой. Страшное горе обрушилось на ее хрупкие плечи, и тяжелые раздумья художницы-матери о детях поставленных суровыми обстоятельствами российской жизни на грань выживания отражены в этой картине. Серебрякова передает изменения, произошедшие в сознании детей вместе с ней переживающих постигшие их несчастья: на их лицах застыло выражение растерянности, тревожного ожидания, а взгляды направлены на хрупкий рассыпающийся карточный домик. Революция, гражданская война, смерть любимого человека стали для художницы не только крушением счастья, но и былого благополучия: семья оказалась в крайне стесненном материальном положении. Друзья помогли ей в начале 1920 года устроиться на работу в харьковский археологический музей. А.Н.Бенуа, который в это время заведовал картинной галереей Эрмитажа и был хорошо осведомлен о тяжелом положении племянницы, в сентябре 1920 года устроил ее перевод в Петроград. В это же время Серебрякова получает предложение занять место профессора в Академии художеств, от которого, ссылаясь на слабое здоровье, решительно отказывается. Квартира на Васильевском острове оказалась занята чужими людьми, и семья Серебряковых поселяется у Бенуа. Художницу окружает теплая родственная атмосфера, которая как нельзя лучше способствует возвращению к ней ее природного оптимизма, вселяет надежду на будущее, и это приподнятое настроение передано в «Автопортрете с дочерьми»1921 года. В это время она была вынуждена писать и заказные портреты: они давали средства к существованию и необходимую свободу для воплощения творческих замыслов. Но с большим удовольствием Серебрякова работает над портретами друзей: критика Р.С.Эрнста и театрального художника Д.Д.Бушена, проявляя в них свою неизменную симпатию к творческим людям. Портрет отныне становится основным жанром ее творчества, приобретая новые черты психологической заостренности. Великолепны созданные Серебряковой портреты ее детей, в которых эмоционально насыщенные образы раскрывают изменчивость состояния детской души («Тата в костюме арлекина»; «Девочки у рояля»; «Катя в голубом у елки»). Поступление дочери Татьяны в Петроградское хореографическое училище послужило поводом для начала работы над большой серией графических и живописных произведений на тему балета. В течение трех лет она зарисовывает балерин в антрактах и после спектаклей, приглашает их позировать у себя дома. В результате возникла уникальная по глубине отражения и широте охвата темы серия, состоящая из многочисленных набросков, эскизов, портретов артистов балета (А.Д. Данилова; Г.М. Баланчивадзе), а также живописных и графических композиций «Голубые балерины», «Балетная уборная. Снежинки», «Девочки-сильфиды», в которых мастерски передана атмосфера всеобщего оживления перед началом спектакля. Каждая фигура ярко освещена, создавая эффектную игру света и тени, а многообразные движения изящных рук и ног балерин наделяют образы особой музыкальной ритмичностью. В 1924 году работы из балетной серии были показаны на последней выставке художественного объединения «Мир искусства» и имели большой успех. В последнем автопортрете созданном на родине («Автопортрет с кистью», 1924) Серебрякова создает глубокий и напряженный по индивидуальной самооценке образ. Характерная поза глубоко задумавшегося человека, погруженного в свой внутренний мир, наделяет его силой интеллекта, сознанием личной свободы творческой личности.
       Многих философов, поэтов, писателей, художников Серебряного века не миновала судьба эмигрантов. Не стала исключением и Серебрякова: 28 августа 1924 года она навсегда покидает Россию. Уже в первые годы жизни в Париже к ней приходит слава одного из лучших портретистов: заказы поступают из Лондона, Брюсселя, Берлина, Брюгге и других городов Европы. Теперь ей приходится считаться со вкусами, а иной раз и с причудами богатых людей, и тогда появляются черты салонной красивости, но такого рода работы художница отказывалась экспонировать на выставках, вызывая недовольство заказчиков. Среди эмигрантов нашлись истинные почитатели ее таланта. Одной из них была Г.Л.Гиршман – та самая светская красавица, портрет которой исполненный Серовым вошел в золотой фонд русского искусства. Она по-прежнему удивляла окружающих утонченностью, элегантностью, роскошными туалетами. Такой и изобразила ее Серебрякова в 1925 году, сосредоточив все внимание на передаче характера модели. Художница пишет также пейзажи, этюды, жанровые картины «В парикмахерской», «В кафе», воспроизведенные позже в журнале «Le’ Dame», темперы «Версальский парк осенью», «Версаль. Крыши города», «Париж. Люксембургский сад», обнаруживающие пристрастие к эффектам освещения и декоративной трактовке образов.
       Начиная с 1926 года Зинаида Евгеньевна могла позволить себе летом выезжать на этюды в Бретань. Она выбирает места вдали от модных морских курортов, находя особую прелесть в старинных живописных городках и в рыбацких деревушках. Работы этого времени «Улица в Камаре», «Старый рыбак», «Французская крестьянка» и более поздние пастели «Бретонка», «Хозяйка бистро. Пон-л’Аббе» отличает артистическая свобода и виртуозность исполнения. Как и у всех мирискусников, графика занимает исключительное место в творчестве художницы. Она работала в разнообразных техниках и создала многочисленные рисунки карандашом, пастелью, цветными карандашами, акварели, гуаши. В набросках, эскизах, которые являются подготовительным материалом при работе над картиной, художница ведет поиски композиционного, цветового решения, но при этом многие ее графические листы представляют большую ценность и имеют самостоятельное значение, например, пастели исполненные в 1928 и 1932 годах во время путешествий в Марокко («Мальчик - музыкант», «Освещенная солнцем», «Марокканец в зеленом»). При этом художница была вынуждена работать в быстром темпе, что ее всегда огорчало: в мусульманской стране запрещалось изображать человека. В 1932 г. состоялась персональная выставка произведений Серебряковой в парижской галерее Шарпантье, на которой среди других работ было показано более 40 этюдов из марокканской серии, вызвавших одобрительные отклики в прессе.
       Последний период творчества Серебряковой (1940–1960-е годы) наполнен напряженной работой. Кроме натюрмортов, портретов близких и друзей (Портрет С.М.Лифаря), художница с неослабевающим интересом продолжает работать и над автопортретами, в которых пытается отразить свое мироощущение. Чувство одиночества, осознание ненужности созданных вдали от России произведений преследует ее, и это настроение передает автопортрет 1946 года. Драматизм звучания образа усиливают светотеневые и цветовые контрасты, а заложенная в нем психологическая глубина и напряженность делают его портретом-исповедью уже немолодой художницы. Совсем другое впечатление производит один из последних автопортретов 1956 года, проникнутый утверждением чувства собственного достоинства. Интимно-задушевная трактовка образа раскрывает прекрасные человеческие качества художницы: ее глаза излучают доброту и отзывчивость, восторженность и искренность.
       Зинаида Евгеньевна умерла в Париже 19 сентября 1967 года. Уход из жизни художника такого масштаба остался незамеченным для Франции, и это лишний раз свидетельствует о яркой национальной окрашенности ее произведений. Достойна восхищения преданность Серебряковой искусству, основанная на остром ощущении красоты и гармонии мира, оптимистическом мировосприятии. Всегда устремленная к идеалу, она создавала прекрасную «реальность», передавая в чарующих образах восторг и красоту своей души. Первый биограф Серебряковой С.Р.Эрнст писал: «В искусстве художницы с редкой силой обнаруживается основная, самая чудесная стихия творчества, то волнение, радостное, глубокое и сердечное, которое всё создает в искусстве и которым только и можно истинно чувствовать и любить мир и жизнь».