А. Бородин

Романс «Для берегов отчизны дальной»

            Этот романс, несомненно, является вершиной романсовой лирики А. Бородина, одним из  прекраснейших образцов мировой вокальной литературы. Среди  романсов композитора он, безусловно, самый популярный и любимый слушателями. Несколько  причин сделали его таковым. Не  последнее место занимает текст романса. В его  основе лежит стихотворение А, Пушкина (с неборльшими изменениями у Бородина):

 

                            * * *

Для берегов отчизны дальной
Ты покидала край чужой;
В час незабвенный, в час печальный
Я долго плакал пред тобой.
Мои хладеющие руки
Тебя старались удержать;
Томленье страшное разлуки
Мой стон молил не прерывать.

Но ты от горького лобзанья
Свои уста оторвала;
Из края мрачного изгнанья
Ты в край иной меня звала.
Ты говорила: «В день свиданья
Под небом вечно голубым,
В тени олив, любви лобзанья
Мы вновь, мой друг, соединим».

Но там, увы, где неба своды
Сияют в блеске голубом,
Где тень олив легла на воды,
Заснула ты последним сном.
Твоя краса, твои страданья
Исчезли в урне гробовой –
А с ними поцелуй свиданья…
Но жду его; он за тобой…

 

            Романс (в жанре элегии) написан Бородиным в 1881 году под впечатлением от смерти М. Мусоргского. Примечательно, что в том же году на это стихотворение написал свой романс друг композитора, другой выдающийся русский композитор Н. Римский-Корсаков (ор. 26, № 3). Следует, однако, признать, что Бородин своим романсом превзошел всех и, можно  сказать, себя самого. 

            Говоря о музыке Бородина, надо начать с того, как бережно сохранены в ней красота и глубокая прочувствованность пушкинских стихов. Музыка романса замечательно сливается со  стихами. Романс неповоторим по глубине трагического чувства, благородству выражения. В этой элегии Бородин впервые ввёл в романс образы русского богатырского эпоса. Композитор продолжает здесь линию лирико-психологических и философских романсов Глинки, в частности элегии «Сомнение». Можно провести и другую параллель – с чрезвычайно любимым русскими композиторами Р. Шуманом, с его романсом «Я не сержусь» из  цикла «Любовь поэта».

         Настроение глубокой, но сдерживаемой печали создается с самого начала романса ровной поступью тяжелых аккордов, проходящих далее через все произведение, скупыми речитативными фразами вокальной мелодии, развертывающейся мерно и величаво. Вначале мелодия стоит на месте, затем, поднимается, но медленно, как бы с усилием (вершины ее приходятся на слова «печальной», «разлуки»). Острота и боль переживания раскрываются с особенной силой в фортепианной партии. Здесь среди аккордов немало диссонансов, а в басу звучит своя выразительнейшая, «говорящая» мелодия с патетическими возгласами, полными драматизма. Она завершается фразами-концовками в мерном восходящем движении.

         В среднем разделе романса эта внутреняя мелодия как бы выступает наружу, продолжаясь как бы в вокальной партии. Это - воспоминание о любви, о мечтах, о надежде на счастье. Интонации голоса становятся более распевными, закругленными, в сопровождении аккороды льются плавным потоком: несколько раз, как волны, поднимаются в басу фразы-концовки.

         Третий раздел романса сначала повторяет первый почти полностью. Этим создается стройность, уравновешенность формы. Но дальше вокальная линия рвется на отдельные короткие интонации. Завершается романс повторением одного и того же звука,словно некое неумолимое напоминание. Так завершаетсяэтот романс – замечательный образец выражения в музыке мужественной скорби.

© Александр МАЙАПАР