Рябушкин Андрей Петрович

(1891-1904)

       Андрей Петрович Рябушкин родился 29 октября 1861 года в селе Станичная слобода близ города Борисоглебска Тамбовской губернии в крестьянской семье. Отец художника и старший брат занимались иконописью и этому ремеслу постепенно обучали младшего Андрея. Вскоре появился более серьезный и квалифицированный учитель – А.Х.Преображенский – ученик Московского училища живописи, ваяния и зодчества, уже имевший малую серебряную медаль. Заметив неплохие способности молодого Рябушкина, он стал с ним серьезно заниматься рисунком. Будущий художник рос очень тихим, скромным и чувствительным юношей, он обладал чудным голосом и пел на клиросе в церковном хоре. Впоследствии, когда Рябушкин оказался в Москве, его учитель В.Г.Перов, чрезвычайно к нему привязанный, за эти утонченные и поэтические качества души, называл его не иначе, как «Вениамин натурного класса». Впрочем и описание внешности, оставленное современниками, указывают на его хрупкую и нежную натуру: «невысокого роста, худенький…с густыми светлыми волосами и еще более светлой небольшой бородкой, с открытыми правильными чертами лица и тонкими изящными руками, он с первого же раза производил очень симпатичное впечатление». Почти все, хорошо знавшие художника, отмечали, свойственную ему склонность к созерцанию.
       В четырнадцать лет Рябушкин осиротел, и тогда заботу о его дальнейшей судьбе взял на себя Преображенский, определивший его в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Он начал обучаться с 1875 года вместе А.Е.Архиповым, М.В.Нестеровым, братьями К.А. и С.А.Коровиными и другими известными живописцами. В это время в училище был сосредоточен сильный преподавательский состав: В.Г.Перов, И.Прянишников, А.К.Саврасов. Особое влияние на Рябушкина оказал Перов. В 1880 году, видимо, под влиянием его творчества, Рябушкиным была написана первая жанровая картина – «Крестьянская свадьба в Тамбовской губернии». Произведение с ученической выставки приобрел П.М.Третьяков, безошибочно разглядев талант начинающего живописца. Характерно, что в качестве сюжета послужила реальная сцена из крестьянской жизни, увиденная в родных местах.
       В 1882 году после смерти В.Г.Перова, художник оставил училище и, переехав в Петербург, поступил в Академию художеств, где к этому времени уже находился его друг и наставник Преображенский. Особую пользу живописцу принесли знания по академическому рисунку у опытного педагога П.П.Чистякова. В это же время он не переставал учиться у натуры, делая постоянно зарисовки в альбоме различных уличных и домашних сцен. Параллельно он трудился в разных иллюстрированных изданиях: «Историческом вестнике», «Ниве», «Всемирной иллюстрации», предлагая для воспроизведения рисунки с изображениями типичного современного русского быта. Это были сценки из народной жизни, пейзажи, памятники архитектуры, а затем исторические иллюстрации. Большую пользу в сборе материала ему приносили летние поездки к своим ученическим друзьям. Лето 1883 года художник провел в имении А.П.Мельникова, сына известного писателя Мельникова-Печерского. В 1886 году он отправился вместе с А.Е.Архиповым в Рязанскую губернию. Тогда его альбом внушительно наполнился всевозможными интересными зарисовками.
       В Академии художеств Рябушкин проявил себя, как очень способный ученик. В 1889 году за программу «Ангел выводит апостола Петра из темницы» он получил малую золотую медаль, которая открывала перед ним перспективу работать над конкурсной картиной на большую золотую медаль. В 1890 году он приступил к ее написанию по предварительно утвержденному академическим советом эскизу. Композиция картины была разработана на основе евангельского сюжета снятия теля Спасителя с креста, получившей авторское название «Голгофа». Однако в процессе создания полотна, сильно увлекшись, художник значительно переработал первоначальный вариант. А.К.Воскресенский, учившийся с Рябушкиным, подтверждал, что для программы за очень короткое время, им было выполнено около пятидесяти эскизов и этюдов. За своеволие Рябушкин был наказан: присудив звание художника 1-й степени, его лишили золотой медали и трехлетней поездки за границу. Автор хотел уничтожить картину, разрезав ее на куски. Однако по рекомендации И.Е. Репина ее приобрел П.М. Третьяков.
       Учитывая особую одаренность Рябушкина, президент Академии Великий князь Владимир Александрович выделил ему средства из личной казны в расчете на двухгодичное путешествие. В 1890 году вместо поездки в Европу художник предпочел познакомиться со старинными русскими городами. Он посетил Москву, Киев, Ростов, Ярославль, Новгород, Псков, проплыл по верховью Волги, Волхову, был на озере Селигер. Все увиденное во время путешествия: старинная русская архитектура, домашняя утварь, украшения, костюмы, оружие непрестанно заносилось им в альбомы и в дальнейшем явилось бесценным материалом в работе. Кроме того, за это время он напитался духом старины, которым была так богата провинциальная Россия и получил большую пищу для размышлений.
       Вернувшись из поездки, будучи совершенно одиноким человеком, Рябушкин принимает решение поселиться под Петербургом, недалеко от станции Любань в имении «Приволье», принадлежавшее его академическому другу И.Ф.Тюменеву. Это был не только обеспеченный, но всесторонне образованный и музыкально одаренный человек, когда-то бравший уроки у Н.А.Римского-Корсакова, а позже сочинявший либретто для оперных постановок. В его имении, окруженном живописной природой царила спокойная, творческая атмосфера: устраивались домашние чтения и музыкальные вечера, ставились спектакли. Незадолго до смерти в 1901 году Рябушкин переехал в Дидвиново усадьбу – другого своего приятеля художника В.В.Беляева, которая находилась по соседству с «Привольем». Он жил очень скромно в маленькой мастерской–тереме, построенной по его рисунку. Красивая природа, тихая жизнь в окружении близких и понимающих людей, общение с крестьянами, занятия музыкой, чтение, беседы, путешествия – вот та среда, из которой родилось столь необычное искусство Рябушкина.
       В 1891 году художник дебютировал на передвижной выставке с картиной «Ожидание новобрачных от венца в Новгородской губернии». Эта тема на протяжении всего творчества волновала художника и он постоянно к ней возвращался в живописных и графических произведениях. Впервые он обратил внимание на этот сюжет еще в годы учебы в Московском училище. Видимо художника привлекала передача особого, праздничного и, одновременно, волнительного состояния, в которое вовлекаются все участники важного события. Вершиной разработки этой темы явилась картина «Свадебный поезд в Москве (XVII столетие)».
       В середине 1890-х годов главной областью творческих устремлений живописца стал исторический жанр. Безусловно, говоря об этом, следует принять во внимание, что историческая картина в понимании Рябушкина также как и других русских художников того времени, в частности С.В.Иванова, претерпела изменения и наполнилась новым содержанием. Он акцентирует внимание не на крупных личностях и эпохальных событиях, не на фабуле драматического повествования, служившей ранее предметом особого внимания художников, а на бытовой стороне исторического факта, его поэтической интерпретации. В зарождении поэтизированного взгляда на историческое событие безусловно огромное значение имела философско-публицистическая деятельность славянофилов и, особенно труды Забелина, красочно воспроизводящие атмосферу и уклад жизни патриархальной допетровской Руси. Именно этот период истории России стал наиболее притягательным для А.П.Рябушкина.
       В распространении национально-романтических идей в искусстве художников рубежа веков большое влияние оказала живопись В.М.Васнецова и Е.Д.Поленовой, а также деятельность Абрамцевского художественного кружка и княгини М.К.Тенишевой. Увлечение народным искусством, ремеслами, памятниками древнерусской архитектуры, фольклором в Абрамцеве и Талашкине распространялось на молодое поколение, возрождая интерес и любовь к русской истории. Особое значение приобретала собирательская деятельности, результатом которой становилось открытие старинных храмов, икон, костюма, драгоценных тканей, бытовой утвари, украшений, через которые у художников в значительной степени открывалась возможность заглянуть в прошлое.
       Нет ничего удивительного в том, что из всего скромного имущества, оставленного после смерти А.П.Рябушкина, самую главную ее часть составляло несколько альбомов и записных книжек, которые он называл «Материалы по истории русских одежд, архитектуры и пр.» В альбомы, кроме зарисовок музейных экспонатов, он вносил свои записи, сделанные по прочтении книг по истории России. В это «богатство» входила небольшая библиотека, состоящая из исторических трудов Солнцева и упомянутого Забелина, записок Олеария, а также сборников былин Гильфердинга, которые он читал постоянно. Этот материал дополняли несколько старинных костюмов, кокошников и лоскутков дорогих тканей.
       В 1893 году художник пишет первую историческую картину «Сидение царя Михаила Федоровича с боярами в его государственной комнате», в которой огромное внимание уделяется изображению царских палат теремного дворца, костюму, мебели. Собственно на них переносится главенствующее значение в раскрытии темы. Эти предметы, буквально «ожившие» и «заговорившие», исторически точно воспроизведенные, помогли ему воссоздать эмоциональную атмосферу былого. Художник давно заметил особую народную любовь к чистым краскам, нарядным узорам, богатым росписям, все это также пытаясь передать это в своих произведениях.
       Другая не менее серьезная задача стояла перед ним в исторических и историко-бытовых картинах – реконструкция национального типа. С этой целью он задумал написать серию исторических портретов, в частности «боярина с семьей», «царя с семьей», но завершил только одну – «Семью купца». В статичности, в фронтальном предстоянии героев этой композиции есть что-то близкое русской парсуне. Художник изображает своих персонажей окруженными атрибутами эпохи, добиваясь впечатления достоверности, но явная портретная и психологическая характеристика персонажей исключена. Художника волнует другое. В нарядных и праздничных сценах, какие открываются нашему взору в его картинах, где герои живут в красочной обстановке того времени, внимание заостряется главным образом на нравственных качествах: мужественности, достоинстве, крепости характеров.
       Особенно любимы Рябушкиным были женские типы. Часто он их изображает в полный рост, в нарядных костюмах своей эпохи, как в одной из лучших картин «Русские женщины XVII столетия в церкви». В этом произведении, написанном в 1899 году после путешествия в Ярославль, отразились новые впечатления, полученные от увиденных древних росписей храмов. Рябушкин открыто восхищается своими героинями, величественно застывшими в молитвенной тишине. Так же как любуется «Московской девушкой XVII века», стремительно перебегающей на его картине заснеженную московскую улицу. В этой удивительной пластичности красивых женских фигур, в легкости, в плавности их походки, шествующих с особой грацией, художник раскрывает лучшие качества женской души: женственность, мягкость, кротость, смирение.
       В искусстве Рябушкина поражает и то, с какой ясностью и простотой он воссоздает торжественную красоту обычаев и устоев патриархальной Руси. Причем эффектные, но вообщем-то бессобытийные сцены в таких картинах как «Московская улица XVII века в праздничный день», «Свадебный поезд в Москве» «Семья купца в XVII веке», «Чаепитие» построены на мотивах ожидания, предстояния, шествия. В «Свадебном поезде в Москве (XVII столетие)» представлено торжественно нарядное зрелище, стремительно проносящиеся по улице средневекового города. Особую роль при этом выполняет мастерски написанный пейзаж, дающий особый элегически задумчивый тон.
       Отказавшись от «хорового» многофигурного построения, уменьшив в картинах значение фабульной стороны, художник усиливают эмоциональное звучание изображаемых сцен, достигая его с помощью композиционных и цветовых средств. В картине «Едут!», где изображена собравшаяся в ожидании иностранного посла толпа, сдерживаемая шеренгой стрельцов, художник передает разные чувства: страх, разочарование, снисходительность, настороженность.
       Самой загадочной картиной художника, считается одна из последних его работ «Втерся парень в хоровод…», написанная в 1902 году. Изображая деревенский праздник, художник вносит в его поэзию много таинственного и иносказательного. Во многом этому способствует статичность и теснота композиции. В небольшом хороводе, удивляют застывшие фигуры девушек, подозрительные и ехидные взгляды стариков, испуг старухи и мальчика. Символизм усиливается общим сумеречным тоном колорита, на котором яркими красками горят лишь гроздья рябины и крестьянские сарафаны.
       А.П.Рябушкин редко показывал свои картины на выставках. На передвижные он перестал посылать свои работы, после того, как была отклонено его «Сидение царя Алексея Михайловича с боярами». В 1896 и 1897 годах он экспонировал свои произведения в Обществе художников исторической живописи, членом-учредителем которого являлся. После закрытия общества, он некоторое время без особого энтузиазма сотрудничал с художниками «Мир искусства». В 1900 году с картинами «Русские женщины XVII века в церкви» и «Семья купца XVII столетия» принял участие в составе русского отдела на Международной выставке в Париже и получил почетный диплом. В последние три года своей жизни стал постоянным участником выставок 36-ти и первой выставки «Союза русских художников», которые организовывались московскими живописцами с 1901 года.
       Умер художник в Дидвиново 10 мая 1904 года. Кроме его друзей И.Ф.Тюменева и В.В.Беляева на похоронах были приехавшие из Петербурга художники В.В.Матэ и А.Х.Преображенский. В 1912 году состоялась его посмертная выставка, организованная Союзом русских художников.
       С.Маковский на страницах своей художественной критики дал верную и емкую характеристику творчества художника. Он писал: «Лучшие холсты Рябушкина знаменуют собой совершившийся за последнее время поворот в творчестве наших художников от чисто внешней исторической иллюстрации к более интимному и непосредственно-впечатляющему воскрешению былых эпох. Коренным образом изменился взгляд русского живописца на правду истории. С одной стороны, он понял, что от нее не отделим элемент сказочный, фантастический; в то же время – почувствовал и полюбил ее бытовую реальность, увидел в ней не только венчания на царства, победы и торжественные заключения союзов, не только исторические «моменты», понял, что громкие «события» – прежде, как и теперь – растворяются в неуловимой стихии жизни, что красота, поэзия минувшего не в них, что самое значительное и вечное не увековечивается славным именем, что кроме той истории, о которой пишут историки, есть еще и другая, которую выявляет творческая греза».