Н.И.Андронов. Мертвая лошадь и черная луна. 1967-1980

Картина "Мертвая лошадь и черная луна", безусловно, является одной из самых своеобразных в собрании Радищевского музея. Тема умирания живого, природы на протяжении многих лет волновала Николая Ивановича Андронова, одного из интереснейших московских живописцев 1960-1990-х годов.

Он и его ближайшие сподвижники - художники так называемого "Левого МОСХа" - выступили на рубеже 1950-1960-х годов как яростные противники "литературщины" в живописи. А во второй половине 1990-х Николай Андронов сказал: "Если холст можно пересказать словами, то значит, его не надо писать". Но среди работ живописца есть произведения, определенно вызывающие литературные и поэтические ассоциации. Именно "Мертвая лошадь и черная луна" дает повод говорить о некоторых парадоксах в творчестве Андронова.

Само название - словесная конструкция, заключающая в себе яркий образ. Андронов никогда не наблюдал гибели лошади. А "черная луна" - это изначально образ поэтический. Можно найти множество примеров обращения к этой красивой и емкой метафоре. В картине художника под черной луной женщины плачут над телом лошади, чей образ нередко ассоциируется с чем-то светлым, беззащитным. Сам Николай Андронов говорил о своей работе: "Картина эта - образ гибели прекрасных сил, красоты родной земли, варварского отношения к ней,… трагедии не только живого существа, но и попытка напомнить о трагедии всей Земли и, в то же время, показать превосходство, торжество даже загубленной природы над отношением ХХ века к живой душе".

Живописец избирает экспрессивный язык, он прибегает к сильной деформации пространства, условному цвету, к подчеркнутой выразительности поз. Резкими, рубящими линиями художник строит силуэт распластанного тела лошади на первом плане. Упрощая формы, он не нарушает их анатомически. Сложным взаимодействием белых, серых, коричневых, зеленоватых, лиловых мазков автор передает "потухший" белый цвет животного. Но на темном фоне, построенном геометрически очерченными пятнами лилового, охристого, коричневого и зеленовато - коричневого цвета, светлый силуэт лошади контрастно выделяется. Сильно деформированные фигуры женщин небольшими группами фланкируют ее. Художник лишь намечает их положение в пространстве. В большей степени конструкция холста создается сочетанием цветовых планов. Каждая фигура по-разному "раскрашена". Автор вообще не прописывает лица. То, что могла сказать мимика, показано выразительными жестами. Женщины - скорбно склонившие головы, воздевшие руки к небу, прижавшие их к груди - не конкретные образы, а некие архетипы "Человека страдающего", "Человека молящегося". Впечатление, возникающее здесь, отчасти сходно с воздействием языческих северных песен, плачей, тоска которых завораживает и заставляет раскачиваться в их печальном ритме. А.Каменский писал: "…в картине "Мертвая лошадь и черная луна" очевиден песенный лад: фигуры, краски, пространственные ритмы тут полны музыкально- символической выразительности…".

В произведении почти нет деталей, и каждая из них наделена особым смысловым звучанием. Сложенное из бревен строение на вершине холма - словно "вздыбившееся" - читается как печальный символ происходящего. Но самая сильная метафора в картине - черная луна, окруженная желтоватым ореолом. Там, в небе, "почернев от горя", она тоже "плачет", истекая скорбным бледным сиянием. Андронов не только концентрирует всю печаль картины в этом образе. Художник не поместил ни одной человеческой фигуры в пространстве между лошадью и луной. Оплакивание лошади человеком не пересекается с оплакиванием ее луной, это "разное" - как будто говорит автор. Андронов использует свои излюбленные приемы: он приподнимает линию горизонта, энергично членит пространство на сектора - цветовые планы, "коробит" землю холмами, и на вершину одного из них ставит дом. Все эти средства создают особое эмоциональное напряжение в картине.

Интересен рассказ самого художника о том, как однажды, в период работы над полотном, ему довелось услышать на пластинке голос Есенина, читающего монолог Хлопуши из своей поэмы "Емельян Пугачев". Андронова поразила "завывающая", экзальтированная манера чтения поэта. И эта экзальтация подсказала ему характер пластического решения образа в картине.

Не случайно некоторые искусствоведы относят творчество Андронова к экспрессионизму второй половины ХХ века. Работа "Мертвая лошадь и черная луна", являясь одним из программных произведений живописца, подтверждает это определение. Своей трагической образностью, "жестким", тревожащим глаз колоритом и напряженной, динамичной композицией картина вовлекает зрителя в круг авторских переживаний.

Справочные материалы

Экспрессионизм (лат. xpression - выражение) - модернистское течение в западноевропейском искусстве, главным образом в Германии, первой трети 20 века, сложившееся в определенный исторический период - в преддверие первой мировой войны. Мировоззренческой основой экспрессионизма стал индивидуалистический протест против уродливого мира, все большее отчуждение человека от мира, чувства бесприютности, крушения, распада тех начал, на которых, казалось, так прочно покоилась европейская культура. Экспрессионистам свойственны тяготение к мистике и пессимизм. Художественные приемы, характерные для экспрессионизма: отказ от иллюзорного пространства, стремление к плоскостной трактовке предметов, деформация предметов, любовь к резким красочным диссонансам, особый колорит. Художники воспринимали творчество как способ выражения эмоций.

В эволюции экспрессионизма могут быть выделены два этапа: 1) ранний, ставящий своей целью воплотить не "внешние облики предметов, а первичные всплески человеческого духа". 2) зрелый, осуществляющий переориентацию на выражение абстрактной сущности предметов: "мы… ищем скрытого в природе за пеленой видимого. Мы ищем и пишем эту другую, внутреннюю сторону природы…".

Дорогина Е.А.

www.radmuseumart.ru

© Саратовский государственный художественный музей имени А.Н.Радищева