Союзы при однородных членах

 


 

ОДИНОЧНЫЕ СОЕДИНИТЕЛЬНЫЕ СОЮЗЫ

 

И

Тяжёлые волны мерно и ровно катились одна за другой, едва приподымая одинокую лодку, причаленную к берегу. (М.Ю. Лермонтов)

Княгиня с дочерью явилась из последних; многие дамы посмотрели на неё с завистью и недоброжелательством, потому что княжна Мери одевается со вкусом. (М.Ю. Лермонтов)

Я посмотрелся в зеркало; тусклая бледность покрывала лицо моё, хранившее следы мучительной бессонницы; но глаза, хотя окружённые коричневою тенью, блистали гордо и неумолимо. (М.Ю. Лермонтов)

Под окном, в толпе народа, стоял Грушницкий, прижав лицо к стеклу и не спуская глаз с своей богини; она, проходя мимо, едва приметно кивнула ему головой. (М.Ю. Лермонтов)

Она сидела на толстом бревне, облокотясь на свои колени и поддерживая голову руками: то была мать убийцы. (М.Ю. Лермонтов)

В сенях она опрокинула чайник и свечу, стоявшую на полу. (М.Ю. Лермонтов)

Над маленькими корявыми ёлочками и берёзками серой мглой висело ночное одеяло и глушило все чудесные звуки Звонкой борины. (М.М. Пришвин)

Через час инвалид принес кипящий самовар и чайник. (М.Ю. Лермонтов)

Перечитывая эти записки, я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки. (М.Ю. Лермонтов)

Под мышкой он нёс какой-то узел, и, повернув к пристани, стал спускаться по узкой и крутой тропинке. (М.Ю. Лермонтов)

Вдруг слышу быстрые и неровные шаги... (М.Ю. Лермонтов)

Погружаясь в холодный кипяток нарзана, я чувствовал, как телесные и душевные силы мои возвращались. (М.Ю. Лермонтов)

Я не помню утра более голубого и свежего! (М.Ю. Лермонтов)

Вот присел я у забора и стал прислушиваться, стараясь не пропустить ни одного слова. (М.Ю. Лермонтов)

На улице было темно и пусто; вокруг собрания, или трактира, как угодно, теснился народ; окна его светились; звуки полковой музыки доносил ко мне вечерний ветер. (М.Ю. Лермонтов)

Бутылка кахетинского помогла нам забыть о скромном числе блюд, которых было всего одно, и, закурив трубки, мы уселись: я у окна, он у затопленной печи, потому что день был сырой и холодный. (М.Ю. Лермонтов)

Девки и молодые ребята становятся в две шеренги одна против другой, хлопают в ладоши и поют. (М.Ю. Лермонтов)

Иногда шум песен и говор голосов, вылетая из сакли, заглушали любопытный для меня разговор. (М.Ю. Лермонтов)

Солнце пряталось за холодные вершины, и беловатый туман начинал расходиться в долинах, когда на улице раздался звон дорожного колокольчика и крик извозчиков. (М.Ю. Лермонтов)

Я должен был нанять быков, чтоб втащить мою тележку на эту проклятую гору, потому что была уже осень и гололедица, – а эта гора имеет около двух вёрст длины. (М.Ю. Лермонтов)

С тех пор уже лет, может быть, двести эти ель и сосна вместе растут. (М.М. Пришвин)

Узнав об этом от людей, Митраша и Настя стали собираться за клюквой. (М.М. Пришвин)

Я опять ошибся: любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой. (М.Ю. Лермонтов)

Героизм его заключался в фанатической вере: в прекрасное будущее людей труда – пахарей и рабочих, поэтов и учёных. (К.Г. Паустовский)*

Сознание остаётся неизменным в своей сущности, но вызывает во время работы вихри, потоки, каскады новых мыслей и образов, ощущений и слов. (К.Г. Паустовский)*

Я изучал течения неведомых рек, прихотливые морские побережья, проникал в глубину тайги, где маленькими кружочками были отмечены безыменные фактории, повторял, как стихи, звучные, названия – Югорский Шар и Гебриды, Гвадаррама и Инвернесс, Онега и Кордильеры. (К.Г. Паустовский)*

Я читал Пржевальского и Анучина, Свена Гедина и Вамбери, Мак-Гахама и Грум-Гржимайло, дневники Шевченко на Мангышлаке, историю Хивы и Бухары, докладные записки лейтенанта Бутакова, труды путешественника Карелина, геологические изыскания и стихи арабских поэтов. (К.Г. Паустовский)*

Для всего, что существует в природе, – воды, воздуха, неба, облаков, солнца, дождей, лесов, болот, рек и озёр, лугов и полей, цветов и трав, – в русском языке есть великое множество хороших слов и названий. (К.Г. Паустовский)*

Юные деревца всех пород – ель и сосна, осина и береза – растут дружно и тесно. (К.Г. Паустовский)*

Думая об этих словарях, особенно о словаре «природных» слов, я делил его на разделы: слова «лесные», «полевые», «луговые», слова о временах года, о метеорологических явлениях, о воде, реках и озерах, растениях и животных. (К.Г. Паустовский)*

Мы не можем представить себе жизнь нашей страны без этих рек, как не можем представить её без Москвы, без Кремля, без Пушкина и Толстого, Чайковского и Шаляпина, без Медного всадника в Ленинграде и Третьяковской галереи в Москве. (К.Г. Паустовский)*

Это была действительно посланница небес, предвестница прекрасной утренней зари. Почему-то в средних широтах и на юге я никогда не замечал её. А здесь, казалось, она одна сверкает в своей девственной красоте над пустошами и лесами, одна властвует в предутренние часы над всей северной землей, над Онегой и Заволочьем, над Ладогой и Заонежьем. (К.Г. Паустовский)*

Он думал, что такую любовь, если он даст ей разгореться, не вместит сердце. Она принесёт столько терзаний и радости, слёз и смеха, что у него не хватит сил, чтобы перенести все её перемены и неожиданности. (К.Г. Паустовский)*

К Парижу Виктора Гюго присоединился Париж Бальзака, Мопассана, Дюма, Флобера, Золя, Жюля Валлеса, Анатоля Франса, Роллана, Додэ, Париж Вийона и Рембо, Мериме и Стендаля, Барбюсса и Беранже. (К.Г. Паустовский)*

На побережье Эгейского моря живет живописное племя «леватийцев» – весёлых и деятельных людей. Это племя объединяет представителей разных народов – греков и турок, арабов и евреев, сирийцев и итальянцев. (К.Г. Паустовский)*

Вошёл в кино и просидел полтора часа на старой картине «Красные дьяволята», слушая свист, топанье, возгласы восторга и ужаса и сопенье мальчишек. (К.Г. Паустовский)*

Войне отдают все народные богатства и миллионы человеческих жизней и науку и культуру. (К.Г. Паустовский)*

Русский язык открывается до конца в своих поистине волшебных свойствах и богатстве лишь тому, кто кровно любит и знает «до косточки» свой народ и чувствует сокровенную прелесть нашей земли. (К.Г. Паустовский)*

Слишком был велик контраст между морозной, сверкающей снегами и зимним небом Москвой, с её театрами, музеями, колокольным звоном и унылой и стиснутой жизнью в двух холодных комнатах на Разгуляе. (К.Г. Паустовский)*

Чтобы узнать все колхозные – и не только колхозные – новости, чтобы наслушаться всяких мудрых и неожиданных сентенций и невероятных рассказов, надо пойти на заваленный сенной трухой щелястый паром и только посиживать там, покуривать да слушать, переправляясь с берега на берег. (К.Г. Паустовский)*

Он терял способность оценки, уставал, приходил в отчаяние и явно сушил и мертвил свои вещи, или, как говорил Гоголь, «рисовал, рисовал, да и зарисовывался». (К.Г. Паустовский)*

Она наполняется светом и красками живописи, свежестью слов, свойственной поэзии, соразмерностью архитектуры, выпуклостью и ясностью линий скульптуры и ритмом и мелодичностью музыки. (К.Г. Паустовский)*

 

ДА (=и)

Ну, и будет ходить этот Тришка по сёлам да по городам; и будет этот Тришка, лукавый человек, соблазнять народ християнский... (И.С. Тургенев)

Стоит только ночью сесть на паперть на церковную да всё на дорогу глядеть. (И.С. Тургенев)

В незапамятные времена здесь было большое болото, потом оно высохло, заросло, и сейчас о нём напоминал только глубокий, вековой мох, небольшие окна-колодцы в этом мху да обилие багульника. (К.Г. Паустовский)

Пошеёл тот опять к двери наверху да по лестнице спущаться стал, и этак слушается, словно не торопится; ступеньки под ним так даже и стонут... (И.С. Тургенев)

Одеждой своей он щеголять не мог: вся она состояла из простой замашной рубахи да из заплатанных портов. (И.С. Тургенев)

Переезжайте ко мне. У меня мать-старушка, брат да я, а квартира при станции в пять комнат. Брат деликатный человек и мешать вам не будет. (К.Г. Паустовский)

Чтобы узнать все колхозные – и не только колхозные – новости, чтобы наслушаться всяких мудрых и неожиданных сентенций и невероятных рассказов, надо пойти на заваленный сенной трухой щелястый паром и только посиживать там, покуривать да слушать, переправляясь с берега на берег. (К.Г. Паустовский)

Слова этого поэтического плача никогда не повторялись. По-моему, каждый плач был импровизацией. Вот один из плачей:
«Пошто отлетел от нас в смертную сторону, пошто покинул нас, сиротинушек? Нешто мы тебя не привечали, не встречали добрым да ласковым словом? Погляди на Свирь, батюшка, погляди в останний раз, – кручи запеклись рудой кровью, течёт река из одних наших бабьих слёз. Ох, за что же это смерть к тебе пришла не ко времени? Ох, чего ж это по всей Свири-реке горят погребальные свечечки?»
(К.Г. Паустовский)

Парню обидно стало, что девка над ним насмехается да ещё слова такие говорит. (П.П. Бажов)

Степан тоже счастья в жизни не поимел. Женился он, семью завёл, дом обстроил, всё как следует. Жить бы ровно да радоваться, а он невесёлый стал… (П.П. Бажов)

В тот же день, как пришла Настасья домой, эта женщина собираться в дорогу стала. Поклонилась низенько хозяйке, подала Танюшке узелок с шелками да бисером, потом достала пуговку махонькую. (П.П. Бажов)

 

 

 

ОДИНОЧНЫЕ РАЗДЕЛИТЕЛЬНЫЕ СОЮЗЫ

 

ИЛИ

Здесь житель Петербургской или Выборгской части, несколько лет не бывавший у своего приятеля на Песках или у Московской заставы, может быть уверен, что встретится с ним непременно. (Н.В. Гоголь)

И неуклюжий грязный сапог отставного солдата, под тяжестью которого, кажется, трескается самый гранит, и миниатюрный, лёгкий, как дым, башмачок молоденькой дамы, оборачивающей свою головку к блестящим окнам магазина, как подсолнечник к солнцу, и гремящая сабля исполненного надежд прапорщика, проводящая по нём резкую царапину, – всё вымещает на нём могущество силы или могущество слабости. (Н.В. Гоголь)

Тогда Невский проспект пуст: плотные содержатели магазинов и их комми* ещё спят в своих голландских рубашках или мылят свою благородную щёку и пьют кофей; нищие собираются у дверей кондитерских, где сонный Ганимед*, летавший вчера, как муха, с шоколадом, вылезает, с метлой в руке, без галстука, и швыряет им чёрствые пироги и объедки. (Н.В. Гоголь)

Русский мужик говорит о гривне* или о семи грошах меди, старики и старухи размахивают руками или говорят сами с собою, иногда с довольно разительными жестами, но никто их не слушает и не смеётся над ними, выключая только разве мальчишек в пестрядевых халатах, с пустыми штофами или готовыми сапогами в руках, бегущих молниями по Невскому проспекту. (Н.В. Гоголь)

Вы здесь встретите бакенбарды единственные, пропущенные с необыкновенным и изумительным искусством под галстук, бакенбарды бархатные, атласные, чёрные, как соболь или уголь, но, увы, принадлежащие только одной иностранной коллегии. (Н.В. Гоголь)

Здесь вы встретите разговаривающих о концерте или о погоде с необыкновенным благородством и чувством собственного достоинства. (Н.В. Гоголь)

Но старые коллежские секретари, титулярные и надворные советники идут скоро, потупивши голову: им не до того, чтобы заниматься рассматриванием прохожих; они ещё не вполне оторвались от забот своих; в их голове ералаш и целый архив начатых и неоконченных дел; им долго вместо вывески показывается картонка с бумагами или полное лицо правителя канцелярии. (Н.В. Гоголь)

Он никогда не глядит вам прямо в глаза; если же глядит, то как-то мутно, неопределённо; он не вонзает в вас ястребиного взора наблюдателя или соколиного взгляда кавалерийского офицера. (Н.В. Гоголь)

Но эта улыбка была исполнена какой-то жалкой наглости; она так была странна и так же шла к её лицу, как идёт выражение набожности роже взяточника или бухгалтерская книга поэту. (Н.В. Гоголь)

Если бы его кто-нибудь видел сидящим безмолвно перед пустым столом или шедшим по улице, то, верно бы, принял его за лунатика или разрушенного крепкими напитками; взгляд его был вовсе без всякого значения, природная рассеянность наконец развилась и властительно изгоняла на лице его все чувства, все движения. (Н.В. Гоголь)

Я буду сидеть за картинами, ты будешь, сидя возле меня, одушевлять мои труды, вышивать или заниматься другим рукоделием, и мы ни в чём не будем иметь недостатка. (Н.В. Гоголь)

Каждая минута, каждое брошенное невзначай слово и взгляд, каждая глубокая или шутливая мысль, каждое незаметное движение человеческого сердца, так же как и летучий пух тополя или огонь звезды в ночной луже, – всё это крупинки золотой пыли.
Мы, литераторы, извлекаем их десятилетиями, эти миллионы песчинок, собираем незаметно для самих себя, превращаем в сплав и потом выковываем из этого сплава свою «золотую розу» – повесть, роман или поэму.
(К.Г. Паустовский)

Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас – величайший дар, доставшийся нам от детства. Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель. (К.Г. Паустовский)

Но, честно говоря, детские и юношеские годы никогда не обходятся без экзотики, будь это экзотика тропических стран или гражданской войны. (К.Г. Паустовский)

Кто в детстве не осаждал старинные замки, не погибал на корабле с изодранными в клочья парусами у берегов Магелланова пролива или Новой Земли, не мчался в тачанке вместе с Чапаевым по зауральским степям, не искал сокровища, так ловко запрятанные Стивенсоном на таинственном острове, не слышал шума знамён в Бородинском бою или не помогал Маугли в непролазных дебрях Индостана? (К.Г. Паустовский)

Во время работы надо забыть обо всём и писать как бы для себя или для самого дорогого человека на свете. (К.Г. Паустовский)

Для появления замысла, как и для появления молнии, нужен чаще всего ничтожный толчок. Кто знает, будет ли это случайная встреча, запавшее на душу слово, сон, отдалённый голос, свет солнца в капле воды или гудок парохода. (К.Г. Паустовский)

 

ЛИБО

И до того это в наших местах укоренилось, что Васина гора силу человека показывает, что парни нарочно туда бегали, подкарауливали своих невест. Узнают, скажем, что девки ушли за гору по ягоды либо по грибы, ну, и ждут, чтобы посмотреть на свою невесту на самом гребешке: то ли она голову повесит, то ли песню запоет. (П.П. Бажов)

 

 

 

ОДИНОЧНЫЕ ПРОТИВИТЕЛЬНЫЕ СОЮЗЫ

 

НО

В это лето я узнал наново – на ощупь, на вкус, на запах – много слов, бывших до той поры хотя и известными мне, но далёкими и непережитыми. (К.Г. Паустовский)

Ещё не понимал он всей глубины Рафаэля, но уже увлекался быстрой, широкой кистью Гвида, останавливался перед портретами Тициана, восхищался фламандцами. (Н.В. Гоголь)

Из всех видов этой красоты Ван-Гог выбрал только один цвет. Его всегда поражало свойство природы к безошибочному соотношению красок, неисчислимое множество их переходов, та раскраска земли, которая всё время меняется, но одинаково хороша во все времена года и под всеми широтами. (К.Г. Паустовский)

Иногда дикие гуси, прилетевшие в этом году слишком рано, садятся на воду и кричат. Тревожный их крик далеко разносится по берегу, но не вызывает отклика – в прибрежных лесах зимой почти нет птиц. (К.Г. Паустовский)

Меня мучило больше всего то, что Володя, как мне иногда казалось, понимал меня, но старался скрывать это. (Л. Толстой)

Над Сеною курился туман, но он не подымался выше парапета мостов. (К.Г. Паустовский)

Он был коротенький, но очень плотный, лобастый, затылок широкий. (М.М. Пришвин)

Он был храбр, говорил мало, но резко; никому не поверял своих душевных и семейных тайн; вина почти вовсе не пил, за молодыми казачками, – которых прелесть трудно постигнуть, не видав их, он никогда не волочился. (М.Ю. Лермонтов)

Признаюсь, я читала и слышала о вас, но я не знала, что у вас такой талант. (Н.В. Гоголь)

То не было отражение жара душевного или играющего воображения: то был блеск, подобный блеску гладкой стали, ослепительный, но холодный… (М.Ю. Лермонтов)

Холодный пот выступил на лице его; он хотел отойти, но чувствовал, что ноги его как будто приросли к земле. (Н.В. Гоголь)

Хорошенькая княжна обернулась и подарила оратора долгим любопытным взором. Выражение этого взора было очень неопределённо, но не насмешливо, с чем я внутренно от души его поздравил. (М.Ю. Лермонтов)

Что же понуждает писателя к его подчас мучительному, но прекрасному труду? (К.Г. Паустовский)

Это было личико, ловко написанное, но совершенно идеальное, холодное, состоявшее из одних общих черт, не принявшее живого тела. (Н.В. Гоголь)

Ювелир навещал Шамета, но не приносил ему лекарств. Он считал, что это бесполезно… (К.Г. Паустовский)

Я дрожал всем телом, но не трогался с места. (Л. Толстой)

Я посмотрел в ту сторону, куда глядел дед, но ничего не увидел, кроме длинного мутного вала. (К.Г. Паустовский)

 

А

Старик сел на скамейку, дал один бутерброд Пете, а другой завернул в серый носовой платок и спрятал в карман. (К.Г. Паустовский)

Нужно беречь время, силы и талант писателей, а не разменивать их на изнурительную окололитературную возню и заседания. (К.Г. Паустовский)

Я остановился на старинном Петровском заводе в Петрозаводске. Он был основан Петром Первым и существовал сначала как завод пушечный и якорный, потом занимался бронзовым литьём, а после революции перешёл на изготовление дорожных машин. (К.Г. Паустовский)

Я был уверен тогда (как и сейчас), что есть области человеческой деятельности, где артельная работа просто немыслима, в особенности работа над книгой. В лучшем случае может получиться собрание разнородных очерков, а не цельная книга. (К.Г. Паустовский)

Но молнии сверкали всё реже, а вскоре и совсем погасли. (К.Г. Паустовский)

Нужен сильный талант, такой, как у Горького, чтобы многократно рассказывать одну и ту же историю, а потом написать её свежо и по-иному, чем сложился словесный рассказ! (К.Г. Паустовский)

– Удивительно! – промолвил Андерсен. – В Италии я ожидал услышать запах померанцевых рощ, а узнаю воздух своей северной родины. (К.Г. Паустовский)

Умейте же, мой друг, владеть воображением для счастья людей и для своего счастья, а не для печали. (К.Г. Паустовский)

Каждый раз, когда я бывал в Ленинграде, я хотел пойти (именно пойти пешком, а не поехать на автобусе или трамвае) на Пряжку, чтобы увидеть тот дом, где жил и умер Блок. (К.Г. Паустовский)

Пришвин был человеком народа, а не только наблюдателем этого народа со стороны, в качестве материала для своих писаний, как это, к сожалению, часто случается с писателями. (К.Г. Паустовский)

 

ДА (=но)

– Я мальчишка; а ты большой, да глупый. (Л. Толстой)

– Ей-богу, сударь, ходил брить, да посмотрел только, шибко ли река идёт. (Н.В. Гоголь)

Боже сохрани, если что-нибудь начнёшь ему рассказывать, да не доскажешь! (Н.В. Гоголь)

– Жалованье жалованью рознь, посконная ты голова! Другой и в генеральском чине, да ничего не получает, – значит, не за что: пользы царю не приносит. А я вот двадцать тысяч получал, когда у министра служил, да и тех не брал, потому я из чести служил, свой был достаток. Я жалованье своё на государственное просвещение да на погорелых жителей Казани пожертвовал. (Ф.М. Достоевский)

– По-нашему, хоть на час, да вскачь! (Ф.М. Достоевский)

Приезжай! Я бы вас и сегодня с собою пригласил, да вот как-то весь упал, раскис… (Ф.М. Достоевский)

Видите ли: он и взял бы деньги, да не устоял перед соблазном погримасничать, порисоваться. (Ф.М. Достоевский)

Экой фофан! чем утешается, – прервал опять дядя, – что девять лет молоко пил!.. Да какая ж тут добродетель? Лучше бы по целому барану ел, да людей не морил! (Ф.М. Достоевский)

 

 

 

ПОВТОРЯЮЩИЕСЯ СОЮЗЫ

 

И…И

Он поверил в то, что любовь не только вожделение, но и жертва, и скрытая радость, и поэзия этого мира. (К.Г. Паустовский)

У меня файтон* лёгкий, а кони слабые. Цыганские кони! Они не перетянут нас через греблю. Утопятся и кони, и файтон*, и молодой человек, и старый балагула*. (К.Г. Паустовский)

Изредка за окном пролетал робкий снежок. После недавней боли голова была очень свежей, и всё казалось мне хорошим – и цвет сизого неба, и дымок поленьев, и снег, прилипший к стеклу. (К.Г. Паустовский)

Мне эта женщина и голосом, и смехом, и браслетом напомнила ту, что я видел у старика Черпунова. (К.Г. Паустовский)

Все любили меня в доме дяди Коли – и он, и тётя Маруся, и даже все товарищи дяди Коли, но всё же в груди у меня постоянно стоял тяжёлый комок. (К.Г. Паустовский)

– Я понимаю, – сказал он дяде Коле, – что Костику здесь совсем нельзя жить: и скучно, и неустроенно, и одиноко. (К.Г. Паустовский)

Больше всего было гимназистов, но были и гимназистки из Мариинской гимназии, и седовласые музыканты, и актёры. (К.Г. Паустовский)

Скрыть случай с сербским королем, конечно, не удалось. Нам неистово завидовала вся наша гимназия. И не только наша, но и Вторая, и Третья, и реальное училище, куда никогда не возили никаких королей. (К.Г. Паустовский)

А здесь было что-то чужое – и Димин институт, и сумрачная старая квартира из двух комнат, и Галины неинтересные расспросы. (К.Г. Паустовский)

Один бог видит, как я вас люблю, – и тебя, и Диму, и Борю, но я не могу разорваться. (К.Г. Паустовский)

Я вспомнил о Лене, и меня поразила мысль, как много людей уходит из жизни и уже никогда не вернётся. Так ушли Лена, и тётя Надя, и дед мой пасечник, и отец, и дядя Юзя, и много других людей. (К.Г. Паустовский)

Потом опять всё зазвенело на душе, – будто снег, и солнечный свет, и небо, и рука Любы, на мгновение задержавшаяся в моей во время прощания, будто вся эта жизнь незаметно превращалась в тихое звучание оркестра. (К.Г. Паустовский)

Напрасно упрашивал его Азамат согласиться, и плакал, и льстил ему, и клялся… (М.Ю. Лермонтов)

Да и в самом деле, что это за слепой! Ходит везде один: и на базар, за хлебом, и за водой... (М.Ю. Лермонтов)

Вернер был мал ростом, и худ, и слаб, как ребёнок… (М.Ю. Лермонтов)

И в самом деле, здесь всё дышит уединением; здесь всё таинственно – и густые сени липовых аллей, склоняющихся над потоком, который с шумом и пеною, падая с плиты на плиту, прорезывает себе путь между зеленеющими горами, и ущелья, полные мглою и молчанием, которых ветви разбегаются отсюда во все стороны, и свежесть ароматического воздуха, отягощённого испарениями высоких южных трав и белой акации, и постоянный, сладостно-усыпительный шум студёных ручьёв, которые, встретясь в конце долины, бегут дружно взапуски и наконец кидаются в Подкумок. (М.Ю. Лермонтов)

Антипыч только руку протянул было, чтобы погладить её, она как вдруг вскочит и лапами на плечи – и чмок и чмок его: и в нос, и в щёки, и в самые губы. (М.М. Пришвин)

Лётчик, очнувшись, увидел в этих глазах всё, чего только можно ждать хорошего от жизни: лазурь, и блеск, и нежность, и страх за его жизнь, и любовь, такую же робкую, как венчик совершенно крошечного горного цветка, щекотавшего его щёку. (К.Г. Паустовский)

 

ДА…ДА

Пред ним были только мундир, да корсет, да фрак, пред которыми чувствует холод художник и падает всякое воображение. (Н.В. Гоголь)

 

ИЛИ…ИЛИ

Но музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском отношении. Вечером же она, напротив, слишком раздражает мои нервы: мне делается или слишком грустно, или слишком весело. (М.Ю. Лермонтов)

– Или вы меня презираете, или очень любите! – сказала она наконец голосом, в котором были слёзы. (М.Ю. Лермонтов)

Стреляясь при обыкновенных условиях, он мог целить мне в ногу, легко меня ранить и удовлетворить таким образом свою месть, не отягощая слишком своей совести; но теперь он должен был выстрелить на воздух, или сделаться убийцей, или, наконец, оставить свой подлый замысел и подвергнуться одинаковой со мною опасности. (М.Ю. Лермонтов)

– Послушайте, – сказал я, – или застрелитесь, или повесьте пистолет на прежнее место, и пойдемте спать. (М.Ю. Лермонтов)

Это исключительное сословие очень необыкновенно в том городе, где все или чиновники, или купцы, или мастеровые немцы. (Н.В. Гоголь)

И брат тоже начинает полоть огурцы, или свёклу мотыжить, или картошку полоть. (М.М. Пришвин)

Городок Б. очень повеселел, когда начал в нём стоять кавалерийский полк. А до того времени было в нём страх скучно. Когда, бывало, проезжаешь его и взглянешь на низенькие мазаные домики, которые смотрят на улицу до невероятности кисло, то невозможно выразить, что делается тогда на сердце: тоска такая, как будто бы или проигрался, или отпустил некстати какую-нибудь глупость, – одним словом: нехорошо. (Н.В. Гоголь)

Или вы, или я обманулись; может быть, он письма не получал? (Ф.М. Достоевский)

Другие же, легкобольные или выздоравливавшие, или сидели на койках, или ходили взад и вперёд по комнате, где между двумя рядами кроватей оставалось ещё пространство, достаточное для прогулки. (Ф.М. Достоевский)

Я же или по-прежнему ходил в мастерскую, или на алебастр, или, наконец, употреблялся в качестве подносчика кирпичей при постройках. (Ф.М. Достоевский)

У Гапки есть дети и бегают часто по двору. Иван Иванович всегда даёт каждому из них или по бублику, или по кусочку дыни, или грушу. (Н.В. Гоголь)

Плетень всегда убран предметами, которые делают его ещё более живописным: или напяленною плахтою*, или сорочкою, или шароварами. (Н.В. Гоголь)

Высылаемая временами правительством запоздалая помощь, состоявшая из небольших полков, или не могла найти их, или же робела, обращала тыл при первой встрече н улетала на лихих конях своих. (Н.В. Гоголь)

Андрий весь погрузился в очаровательную музыку пуль и мечей. Он не знал, что такоё значит обдумывать, или рассчитывать, или измерять заранее свои и чужие силы. (Н.В. Гоголь)

– А берите всё, – сказал Бульба, – всё, сколько ни есть, берите, что у кого есть: ковш, или черпак, которым поит коня, или рукавицу, или шапку, а коли что, то и просто подставляй обе горсти. (Н.В. Гоголь)

Бледен как полотно был Андрий; видно было, как тихо шевелились уста его и как он произносил чьё-то имя; но это не было имя отчизны, или матери, или братьев – это было имя прекрасной полячки. (Н.В. Гоголь)

 

ЛИБО…ЛИБО

Под старость они делаются либо мирными помещиками, либо пьяницами – иногда тем и другим. (М.Ю. Лермонтов)

 

ТО…ТО

В первой молодости моей я был мечтателем, я любил ласкать попеременно то мрачные, то радужные образы, которые рисовало мне беспокойное и жадное воображение. (М.Ю. Лермонтов)

Бледно-серое небо светлело, холодело, синело; звёзды то мигали слабым светом, то исчезали; отсырела земля, запотели листья, кое-где стали раздаваться живые звуки, голоса, и жидкий, ранний ветерок уже пошёл бродить и порхать над землёю. (И.С. Тургенев)

Каждый день, бывало, новую затею придумывал: то из лопуха суп варил, то лошадям хвосты стриг на картузы дворовым людям, то лён собирался крапивой заменить, свиней кормить грибами... (И.С. Тургенев)

Судьба, неотступно терзавшая Недопюскина-отца, принялась и за сына: видно, разлакомилась. Но с Тихоном она поступила иначе; она не мучила его – она им забавлялась. Она ни разу не доводила его до отчаяния, не заставляла испытать постыдных мук голода, но мыкала им по всей России, из Великого Устюга в Царево-Кокшайск, из одной унизительной и смешной должности в другую: то жаловала его в «мажордомы» к сварливой и желчной барыне-благодетельнице, то помещала в нахлебники к богатому скряге-купцу, то определяла в начальники домашней канцелярии лупоглазого барина, стриженного на английский манер, то производила в полудворецкие, полушуты к псовому охотнику... (И.С. Тургенев)

Лёгкий ветерок то просыпался, то утихал: подует вдруг прямо в лицо и как будто разыграется, – всё весело зашумит, закивает и задвижется кругом, грациозно закачаются гибкие концы папоротников, – обрадуешься ему... но вот уж он опять замер, и всё опять стихло. (И.С. Тургенев)

Вам кажется, что вы смотрите в бездонное море, что оно широко расстилается под вами, что деревья не поднимаются от земли, но, словно корни огромных растений, спускаются, отвесно падают в те стеклянно-ясные волны; листья на деревьях то сквозят изумрудами, то сгущаются в золотистую, почти чёрную зелень. (И.С. Тургенев)

И ведь такой удивительный, Бог его знает: то молчит, как пень, то вдруг заговорит, – а что заговорит, Бог его знает. (И.С. Тургенев)

Целых полчаса бился Чертопханов с Машей. Он то подходил к ней близко, то отскакивал, то замахивался на неё, то кланялся ей в пояс, плакал, бранился... (И.С. Тургенев)

Голос уходил да уходил; то замирал, то опять набегал чуть слышной, но всё ещё жгучей струйкой... (И.С. Тургенев)

Долго продолжается эта борьба; но как несказанно великолепен и ясен становится день, когда свет наконец восторжествует и последние волны согретого тумана то скатываются и расстилаются скатертями, то взвиваются и исчезают в глубокой, нежно сияющей вышине... (И.С. Тургенев)

Пока он с обдуманной хлопотливостью отпрягал лошадей, старик стоял, прислонясь плечом к воротам, и невесело посматривал то на него, то на меня. (И.С. Тургенев)

 

ТО ЛИ…ТО ЛИ

Грифон сел и протёр глаза, потом подождал пока Королева отойдёт подальше и захихикал:
– Вот потеха! –сказал Грифон то ли себе, то ли Алисе.
(Льюис Кэрролл)

Раз к ней и забрался хищник. То ли он в ограде спозаранку прихоронился, то ли потом незаметно где пролез, только из суседей никто не видал, чтобы он по улице проходил. (П.П. Бажов)

В тот же день, как пришла Настасья домой, эта женщина собираться в дорогу стала. Поклонилась низенько хозяйке, подала Танюшке узелок с шелками да бисером, потом достала пуговку махонькую. То ли она из стекла, то ли из дурмашка на простую грань обделана. (П.П. Бажов)

Бабочка сговорная оказалась. То ли она в рассорке с молодым барином была, то ли хитрость поимела. (П.П. Бажов)

Только Прокопьич, – то ли ему жаль было расставаться со своим мастерством, то ли ещё что, – учил шибко худо. Всё у него с рывка да с тычка. Насадит парнишке по всей голове шишек, уши чуть не оборвёт, да и говорит приказчику:
– Не гож этот... Глаз у него неспособный, рука не несет. Толку не выйдет.
(П.П. Бажов)

Только барин, – то ли на него умный стих нашёл, то ли он на приказчика за что сердят был, – всё как есть наоборот повернул. (П.П. Бажов)

Ребятки здоровеньки росли. Только одному не посчастливилось. То ли с крылечка, то ли ещё откуда свалился и себя повредил: горбик у него расти стал. (П.П. Бажов)

Дедко Ефим то ли в Косом Броду, то ли в Северной жил. На самом выезде, сказывают, избушка стояла. (П.П. Бажов)

То ли ей холодно, то ли боязно. (П.П. Бажов)

То ли под Мурзинкой, то ли в другом месте был большой рудник. (П.П. Бажов)

Столбов не поставлено и на воде не написано: то ли тут протока, то ли старица подошла, то ли другая река выпала. Вот и гадай, – направо плыть али налево правиться? (П.П. Бажов)

Кому охота, может по этим книжкам и то узнать, где какой Демидов женился, каких родов жену взял и какое приданое за ней получил, в котором месте умер и какой ему памятник поставили: то ли из итальянского мрамора, то ли из здешнего чугуна. (П.П. Бажов)

И до того это в наших местах укоренилось, что Васина гора силу человека показывает, что парни нарочно туда бегали, подкарауливали своих невест. Узнают, скажем, что девки ушли за гору по ягоды либо по грибы, ну, и ждут, чтобы посмотреть на свою невесту на самом гребешке: то ли она голову повесит, то ли песню запоёт. (П.П. Бажов)

Горщик, которого потом Тяжёлой Котомкой прозвали, в те годы парнишкой был. Родом он то ли из Колташей, то ли из Черемисской, неподалеку от Мурзинки. (П.П. Бажов)

В город и то по-доброму-то дороги нет. Как ехать, так и гадать: то ли через Кургановку, то ли через Макаровку, то ли ещё как. (П.П. Бажов)

 

НЕ ТО…НЕ ТО

Улыбаясь, она слегка морщила нос и приподнимала верхнюю губу, что придавало её лицу не то кошачье, не то львиное выражение... (И.С. Тургенев)

– Как не быть самоваров, – с важностью возразил малый в сером кафтане, – ступайте к отцу Тимофею, а не то в дворовую избу, а не то к Назару Тарасычу, а не то к Аграфене-птишнице. (И.С. Тургенев)

Говорили, что Андрей Гон – защитник бедняков, всех обездоленных и сирых, что нападает он только на помещиков, что сам он не то черниговский гимназист, не то сельский кузнец. (К.Г. Паустовский)

Платье и бельё, в котором мы пришли, от нас отобрали и одели нас в бельё госпитальное да, сверх того, выдали нам длинные чулки, туфли, колпаки и толстые суконные бурого цвета халаты, подшитые не то холстом, не то каким-то пластырем. (Ф.М. Достоевский)

Однако это здорово... – не то подумал, не то забормотал я. (М. Булгаков)

И сладкий сон после трудной ночи охватил меня. Потянулась пеленою тьма египетская... и в ней будто бы я... не то с мечом, не то со стетоскопом. (М. Булгаков)

 

НИ…НИ

Он, как говорил отец, «не боялся ни бога, ни чёрта, ни смерти», но жалко терялся и размякал от женских слёз и детских капризов. (К.Г. Паустовский)

Я долго смотрел в окно, хотя уже не видно было ни мамы, ни платформы, а за окном проносились товарные пути, крикливые маневровые паровозы и проплывал, как бы вращаясь, готический новый костёл на Васильковской улице. (К.Г. Паустовский)

Володя Румянцев помалкивал, но потом говорил нам, мальчикам, что ни отец, ни дядя Коля, ни Павля совершенно ничего не понимают. (К.Г. Паустовский)

Я удивился, что отец отнёсся к этим словам спокойно и даже согласился с Врубелем, тогда как ни мне, ни моим братьям он не позволял сказать ни одного хвастливого слова. (К.Г. Паустовский)

Поезд отошёл, но я не видел из окна ни мамы, ни Гали, потому что густой пар от паровоза закрыл платформу и всех провожающих. (К.Г. Паустовский)

Бабушка знала, что никогда больше не увидит ни Немана, ни Вислы, ни Варшавы. (К.Г. Паустовский)

Мы поклялись сохранить это решение в тайне. К чести нашего класса, мы не проговорились об этом ни тогда, ни после, когда были уже студентами университета. (К.Г. Паустовский)

 

 

 

СОСТАВНЫЕ СОЮЗЫ

 

НЕ…А

Белая ночь простиралась вокруг. Я впервые видел эту ночь не над Невой и дворцами Ленинграда, а среди северных лесистых пространств и озёр. (К.Г. Паустовский)

А мелкий грибной дождь сонно сыплется из низких туч. Лужи от этого дождя всегда тёплые. Он не звенит, а шепчет что-то своё, усыпительное, и чуть заметно возится в кустах, будто трогает мягкой лапкой то один лист, то другой. (К.Г. Паустовский)

Летние грозы проходят над землёй и заваливаются за горизонт. В народе любят говорить, что туча не прошла, а свалилась. (К.Г. Паустовский)

Среди ночи пришёл Жора Козловский. Я как раз вскипятил воду и заваривал чай, но на этот раз не из сушёной моркови, а из мелко нарезанных и поджаренных кусочков свёклы. (К.Г. Паустовский)

Гайдар возвращался ещё несколько раз в сад, но мне не мешал, а ходил по дальней дорожке и что-то бормотал про себя. (К.Г. Паустовский)

Флобер провёл всю жизнь в мучительной погоне за совершенством слога. В своём стремлении к кристальности прозы он не мог остановиться, правка рукописей стала для него в некоторых случаях не дорогой к совершенствованию прозы, а самоцелью. (К.Г. Паустовский)

– А я вас давно здесь жду. Уже набрала целый сноп цветов и девять раз прочла наизусть вторую главу из «Евгения Онегина». И все вас ждут дома, потому что нам одним скучно. И вы сейчас расскажете всем, что с вами случилось на озере, и, пожалуйста, выдумайте что-нибудь интересное. Или нет, не выдумывайте, а расскажите, всё как было, потому что и так в лугах такая прелесть и второй раз зацвёл шиповник! (К.Г. Паустовский)

 

НЕ ТОЛЬКО…НО/А/ДАЖЕ/НО И/НО ДАЖЕ/НО ДАЖЕ И

Особенным даром слова Хвалынский не владеет или, может быть, не имеет случая выказать своё красноречие, потому что не только спора, но вообще возраженья не терпит и всяких длинных разговоров, особенно с молодыми людьми, тщательно избегает. (И.С. Тургенев)

У него было множество знакомых, которые поили его вином и чаем, сами не зная зачем, потому что он не только не был в обществе забавен, но даже, напротив, надоедал всем своей бессмысленной болтовней, несносной навязчивостью, лихорадочными телодвижениями и беспрестанным неестественным хохотом. (И.С. Тургенев)

Он не умел ни петь, ни плясать; отроду не сказал не только умного, даже путного слова… (И.С. Тургенев)

Я учусь хорошо. Не только без страха ожидаю учителей, но даже чувствую некоторое удовольствие в классе. (Л. Толстой)

Не только кто имеет двадцать пять лет от роду, прекрасные усы и удивительно сшитый сюртук, но даже тот, у кого на подбородке выскакивают белые волоса и голова гладка, как серебряное блюдо, и тот в восторге от Невского проспекта. (Н.В. Гоголь)

Там с удовольствием провёл вечер и так отличился в мазурке, что привёл в восторг не только дам, но даже и кавалеров. (Н.В. Гоголь)

– А посмотри, Иван, кажется, у меня на носу как будто прыщик, – сказал он и между тем думал: «Вот беда, как Иван скажет: да нет, судырь, не только прыщика, и самого носа нет!» (Н.В. Гоголь)

В жизнь мою я не знал, что такое бессонница, а теперь испытал не только бессонницу, но сны такие... я и сам не умею сказать, сны ли это или что другое: точно домовой тебя душит, и всё мерещится проклятый старик. (Н.В. Гоголь)

Антон Прокофьевич поднял такой крик, – громче его никто не умел кричать, – что не только знакомая баба и обитатель неизмеримого сюртука выбежали к нему навстречу, но даже мальчишки со двора Ивана Ивановича посыпались к нему, и хотя собаки только за одну ногу успели его укусить, однако ж это очень уменьшило его бодрость и он с некоторого рода робостью подступал к крыльцу. (Н.В. Гоголь)

Сторожа не только не вставали с мест, когда он проходил, но даже не глядели на него, как будто бы через приёмную пролетела простая муха. (Н.В. Гоголь)

Так протекала мирная жизнь человека, который с четырьмястами жалованья умел быть довольным своим жребием, и дотекла бы, может быть, до глубокой старости, если бы не было разных бедствий, рассыпанных на жизненной дороге не только титулярным, но даже тайным, действительным, надворным и всяким советникам, даже и тем, которые не дают никому советов, ни от кого не берут их сами. (Н.В. Гоголь)

Они неправы: не только со служебной, но даже со многих точек зрения в Сибири можно блаженствовать. (Ф.М. Достоевский)

Я заговорил с ним о нашем городке, о текущих новостях; он отмалчивался и злобно улыбался; оказалось, что он не только не знал самых обыкновенных, всем известных городских новостей, но даже не интересовался знать их. (Ф.М. Достоевский)

Уважение к старшим в семействах горцев так велико, что мальчик не только не посмел, но даже и не подумал спросить, куда они отправляются. (Ф.М. Достоевский)

Любопытно, что такие же отношения продолжались между нами не только в первые дни, но и в продолжение нескольких лет сряду и почти никогда не становились короче, хотя он действительно был мне предан. (Ф.М. Достоевский)

Но случается, бывает не только добрый, но даже и великодушный человек в начальниках; и что ж? – все не любят его, а над иным так, смотришь, и просто смеются. (Ф.М. Достоевский)

Дело в том, что наших острожных самоучек-ветеринаров весьма ценили во всём городе, и не только мещане или купцы, но даже самые высшие чины обращались в острог, когда у них заболевали лошади, несмотря на бывших в городе нескольких настоящих ветеринарных врачей. (Ф.М. Достоевский)

 

КАК…ТАК И/КАК ТОЛЬКО… ТАК И

А в самый Иом-Кипур, в судный день, она как уснула вечером, так и не проснулась. (К.Г. Паустовский)

Я понимал, что такой словарь нужно составить так, чтобы его можно было читать, как книгу. Тогда он давал бы представление как о нашей природе, так и о широких богатствах языка. (К.Г. Паустовский)

Баба померла от страха, а черт как родился, так сейчас и убежал под печку – чёрт свое место знает. (М.М. Пришвин)

Ахилл как осклабился, так и остался с такою же глупою рожей стоять. (М.М. Пришвин)

А прислуга Дуняша, как увидала безволосого, так и руками всплеснула… (М.М. Пришвин)

Как Иван Иванович, так и Иван Никифорович очень не любят блох; и оттого ни Иван Иванович, ни Иван Никифорович никак не пропустят жида с товарами, чтобы не купить у него эликсира в разных баночках против этих насекомых, выбранив наперёд его хорошенько за то, что он исповедует еврейскую веру. (Н.В. Гоголь)

Впрочем, несмотря на некоторые несходства, как Иван Иванович, так и Иван Никифорович прекрасные люди. (Н.В. Гоголь)

Они вступили в первую комнату, довольно просторную, служившую приёмною или просто переднею. Она была наполнена вся сидевшими в разных положениях у стен солдатами, слугами, псарями, виночерпиями и прочей дворней, необходимою для показания сана польского вельможи как военного, так и владельца собственных поместьев. (Н.В. Гоголь)

Ты вчера вечером, как пришёл, так и сказал мне, что они в гости на целый вечер придут... (Ф.М. Достоевский)

– Смотри, Ваня, смотри, – продолжал он, показывая на неё пальцем, – так вся и вспыхнула, как услышала, что я незнакомой девушке леденцов носил, так и зарделась, так и вздрогнула, точно мы вдруг из пистолета выстрелили... ишь глазенки-то, так и сверкают, как угольки. (Ф.М. Достоевский)

Разве вы будете любить меня? Ведь как только вы на меня взглянете, так и вспомните, что я вам чужая и что у вас была своя дочь, которую вы сами забыли, потому что вы жестокий человек. (Ф.М. Достоевский)

 

ХОТЯ И…НО(А)

Митинги у Пушкина хотя и были разнообразны по темам, но держались, как принято сейчас говорить, «на высоком уровне». (К.Г. Паустовский)

Пули пролетали хотя и близко, но в стороне. (К.Г. Паустовский)

Ксёндзы говорили об этом вполголоса. Я понимал польский язык и, слушая их, всё больше склонялся к мысли, что католичество с его культом мадонны – лишь одно из проявлений хотя и тонкой, но явной и вечной чувственности. (К.Г. Паустовский)

В это лето я узнал наново – на ощупь, на вкус, на запах – много слов, бывших до той поры хотя и известными мне, но далёкими и непережитыми. (К.Г. Паустовский)

Многие москвичи и ленинградцы даже не подозревают о существовании этого пути. Он хотя и дальше, но интереснее, чем привычный путь на Бологое. (К.Г. Паустовский)

Если прочесть эту запись, не зная рассказа, то станет понятно, что это хотя и медленное и неясное, но упорное нащупывание темы и сюжета. (К.Г. Паустовский)

Вся наша кучка отправилась за крепость на берег, слегка побрякивая цепями, которые хотя и были скрыты под одеждою, но всё-таки издавали тонкий и резкий металлический звук с каждым шагом. (Ф.М. Достоевский)

Исай Фомич, очевидно, служил всем для развлечения и всегдашней потехи. «Он у нас один, не троньте Исая Фомича», – говорили арестанты, и Исай Фомич хотя и понимал, в чём дело, но, видимо, гордился своим значением, что очень тешило арестантов. (Ф.М. Достоевский)

Перед занавесью стояли две скамейки из кухни, а перед скамейками три-четыре стула, которые нашлись в унтер-офицерской комнате. Стулья назначались на случай, для самых высших лиц офицерского звания. Скамейки же – для унтер-офицеров и инженерных писарей, кондукторов и прочего народа, хотя и начальствующего, но не в офицерских чинах, на случай, если б они заглянули в острог. (Ф.М. Достоевский)

Знать, видно, много напомнил им старый Тарас знакомого и лучшего, что бывает на сердце у человека, умудрённого горем, трудом, удалью и всяким невзгодьем жизни, или хотя и не познавшего их, но много почуявшего молодою жемчужною душою на вечную радость старцам родителям, родившим их. (Н.В. Гоголь)

То, что он рухнул в центре этого заповедного леса, было и хорошо и плохо. Хорошо потому, что вряд ли здесь, в этих девственных чащобах, можно было встретить немцев, тяготевших обычно к дорогам и жилью. Плохо же потому, что предстояло совершитьхотя и не очень длинный, но тяжёлый путь по лесным зарослям, где нельзя надеяться на помощь человека, на кусок хлеба, на крышу, на глоток кипятку. (Б. Полевой)

Он ждал дочь всеми желаниями своего сердца, но он ждал её одну, раскаявшуюся, вырвавшую из своего сердца даже воспоминания о своём Алёше. Это было единственным условием прощения, хотя и не высказанным, но, глядя на него, понятным и несомненным. (Ф.М. Достоевский)

Я отвечал, что хотя и не видел в лицо, но по некоторым причинам совершенно уверен, что это Татьяна Ивановна. (Ф.М. Достоевский)

Он и не противился; он вырывался от непускавших его; он требовал своего посоха, молил, чтоб отдали ему его свободу, чтоб отпустили его на все четыре стороны; что он в «этом доме» был обесчещен, избит; что он воротился для того, чтоб составить всеобщее счастье; что может ли он, наконец, оставаться в «доме неблагодарности и есть щи, хотя и сытые, но приправленные побоями». (Ф.М. Достоевский)

Она явилась, хотя и без ног, носимая, как и всегда, во все последние пять лет, в креслах, но, по обыкновению своему, бойкая, задорная, самодовольная, прямо сидящая, громко и повелительно кричащая, всех бранящая, – ну точь-в-точь такая, как я имел честь видеть её раза два, с того времени как определился в генеральский дом учителем. (Ф.М. Достоевский)

Генерал несколько успокоился, потому что шествие наше хотя и было довольно эксцентрично, но тем не менее было чинно и прилично. (Ф.М. Достоевский)

Вот уже почти целый месяц прошёл, как я не притрагивался к этим заметкам моим, начатым под влиянием впечатлений, хотя и беспорядочных, но сильных. (Ф.М. Достоевский)

 

НЕ СТОЛЬКО…СКОЛЬКО

Краски и  свет в природе надо не столько наблюдать, сколько ими попросту жить. (К.Г. Паустовский)

Из всех ораторов я хорошо запомнил только Ленина. И не столько запомнил содержание его речи, сколько его движения и самую манеру говорить. (К.Г. Паустовский)

А я убеждён, что ничто не имеет такого разительного влияния на направление человека, как наружность его, и не столько самая наружность, сколько убеждение в привлекательности или непривлекательности её. (Л. Толстой)

И редактора и поэта не столько поразило то, что нашлась в портсигаре именно «Наша марка», сколько сам портсигар. (М. Булгаков)

– Полковник! – вскричал он, – теперь я очнулся совсем; гром ещё не убил во мне умственных способностей; осталась, правда, глухота в правом ухе, происшедшая, может быть, не столько от грома, сколько от падения с крыльца... (Ф.М. Достоевский)

– Не столько невинность и доверчивость этой особы, сколько её неопытность смущала меня, – продолжал Фома, как будто и не слыхав предостережения дяди. (Ф.М. Достоевский)

Все зазывы дяди не действовали на него: он был не столько горд, сколько щекотлив и мнителен. (Ф.М. Достоевский)

Ругательство возведено было у них в науку; старались взять не столько обидным словом, сколько обидным смыслом, духом, идеей – а это утонченнее, ядовитее. (Ф.М. Достоевский)

Самая работа, например, показалась мне вовсе не так тяжёлою, каторжною, и только довольно долго спустя я догадался, что тягость и каторжность этой работы не столько в трудности и беспрерывности её, сколько в том, что она – принуждённая, обязательная, из-под палки. (Ф.М. Достоевский)

На водах – да, кажется, и во всей Европе – управляющие отелями и обер-кельнеры при отведении квартир посетителям руководствуются не столько требованиями и желаниями их, сколько собственным личным своим на них взглядом; и, надо заметить, редко ошибаются. (Ф.М. Достоевский)

 

ЕСЛИ НЕ…ТО/ТО И

Я думаю про себя, что Александр Петрович наклонен даже всякого честного и искреннего литератора за его честность и искренность считать если не дураком, то по крайней мере простофилей. (Ф.М. Достоевский)

Если не вы меня выкупили, то уж, наверно, она. (Ф.М. Достоевский)

Все душевные недостатки в красавице, вместо того чтобы произвести отвращение, становятся как-то необыкновенно привлекательны; самый порок дышит в них миловидностью; но исчезни она – и женщине нужно быть в двадцать раз умнее мужчины, чтобы внушить к себе если не любовь, то, по крайней мере, уважение. (Н.В. Гоголь)

Сидит он обыкновенно в таких случаях если не по правую руку губернатора, то и не в далёком от него расстоянии; в начале обеда более придерживается чувства собственного достоинства и, закинувшись назад, но не оборачивая головы, сбоку пускает взор вниз по круглым затылкам и стоячим воротникам гостей… (И.С. Тургенев)

– Во имя Иисуса Христа, не убивайте меня! Я жду вас целый день. Имейте сожаление если не ко мне, то к моей мамусе. (К.Г. Паустовский)

 

 

 

ТЕКСТЫ С РАЗНЫМИ СОЮЗАМИ

В течение целых шестидесяти лет, с самого рождения до самой кончины, бедняк боролся со всеми нуждами, недугами и бедствиями, свойственными маленьким людям; бился как рыба об лёд, недоедал, недосыпал, кланялся, хлопотал, унывал и томился, дрожал над каждой копейкой, действительно «невинно» пострадал по службе и умер наконец не то на чердаке, не то в погребе, не успев заработать ни себе, ни детям куска насущного хлеба. (И.С. Тургенев)*

То под забором Стёпушка сидит и редьку гложет, или морковь сосёт, или грязный кочан капусты под себя крошит; то ведро с водой куда-то тащит и кряхтит; то под горшочком огонек раскладывает и какие-то чёрные кусочки из-за пазухи в горшок бросает; то у себя в чуланчике деревяшкой постукивает, гвоздик приколачивает, полочку для хлебца устраивает. И всё это он делает молча, словно из-за угла: глядь, уж и спрятался. (И.С. Тургенев)*

Младенца погружают то в холодную, то в горячую воду. Он молчит, и голова его безжизненно, словно на ниточке, болтается из стороны в сторону. Но вот вдруг не то скрип, не то вздох, а за ним слабый, хриплый первый крик. (М. Булгаков)*

У меня перед глазами не было ни затворённой двери комнаты матушки, мимо которой я не мог проходить без содрогания, ни закрытого рояля, к которому не только не подходили, но на который и смотрели с какою-то боязнью, ни траурных одежд (на всех нас были простые дорожные платья), ни всех тех вещей, которые, живо напоминая мне невозвратимую потерю, заставляли меня остерегаться каждого проявления жизни из страха оскорбить как-нибудь её память. (Л. Толстой)*

И каждый раз думаешь, сколько воды утекло, где ты за это время побывал, сколько пережил горя и радости, а этот столб стоит здесь и ночи и дни, и зиму и лето, будто дожидается тебя, как безропотный друг. (К.Г. Паустовский)*