Гнатенко П.И. «Национальные чувства и национальное самосознание - важнейшие структурные элементы на-циональной психологии»

Гнатенко Петр Иванович - доктор философских наук, профессор, член-корреспондент Академии Педагогических наук Украины, специа-лист в области национальной психологии.

Важнейшей составной частью национальной психологии явля-ются национальные чувства и национальное самосознание. Они играют значительную роль в определении поведения отдельного представителя этноса, части этноса и этноса в целом. Нацио-нальные чувства существенно влияют на проявление нацио-нального характера, будучи основой и предпосылкой формиро-вания установок и стереотипов. Они создают как бы эмоцио-нально-психологический фон проявления национального харак-тера.
Национальные чувства имманентно присущи нациям, народ-ностям, они характеризуют последние наряду с другими свойст-вами. Наличие национальных чувств свидетельствует о здоровом духе нации.
Национальные чувства в условиях низкой культуры межна-ционального общения могут деформироваться, превратиться в вышедшие из-под контроля эмоции и натворить много бед. Ве-дущая роль в процессе превращения национального в национа-листическое принадлежит эмоциям, которые выступают важ-нейшим структурным элементом бессознательного,
функционируя на уровне как обыденного, так и массового соз-нания, тогда как национальные чувства должны опираться на здравый смысл1.
Эмоции, в том числе национальные чувства, социально окра-шены, они формируются в обществе. Известный специалист в области эмоций академик П. В. Симонов отмечает:
«Эмоции человека не менее отличаются от эмоций животных, чем его социально детерминированное мышление - от условно-рефлекторной деятельности человекообразных обезьян2.
Социальная детерминация национальных чувств определяет их характер, направленность и содержание. Условия социальной жизнедеятельности людей во многом причинно обусловливают развитие национальных чувств, особенности их проявления. Именно деформации в социальной, экономической сфере при-вели к всплеску эмоции, к господству их над разумом, т. е. изме-нение социальных, экономических условий бытия нации приво-дит к изменению чувств. Они гипертрофируются.
Эмоции играют и положительную роль в жизнедеятельности человека. Они выступают
не только дестабилизирующим, вызывающим разгул страстей фактором, но и катализатором деятельности человека на уровне как обыденного, так и теоретического сознания.
Существует диалектическое единство национальных чувств я национального самосознания. Оно состоит в том, что нацио-нальные чувств оказывают воздействие на формирование на-ционального самосознания - одного из структурных элементов национальной психологии.
В свою очередь, сформировавшееся национальное самосозна-ние формирует культуру национальных чувств. В зависимости от содержательной стороны национального
самосознания, преобладания в нем тех или иных тенденций на-полняются соответствующим содержанием, приобретают опре-деленную направленность и национальные чувства. А вместе взятые, национальные чувства и национальное самосознание оказывают воздействие на
формирование национального характера.
Вопрос о содержании и структуре национального самосозна-ния рассматривается в работах
А. О. Бороноева, Ю. В. Бромлея, Н Джандильдина, Л. М. Дроби-жевой, А. Ф. Дашдамирова
и др. Из зарубежных авторов следует отметить работы словацко-го ученого И. С. Выроста.
В ряде исследований национальное самосознание отождествля-ется с национальным
сознанием. По мнению И. С. Выроста, соотношение националь-ного сознания и национального самосознания выступает как со-отношение части и целого3. С точки зрения А. Ф. Дашдамирова, национальное самосознание включает в себя две стороны, идео-логическую и
психологическую, и поэтому существует и на уровне общества, и на уровне индивида,
личности.
Л. М. Дробижева в одной из своих работ пишет: «Националь-ное самосознание личности -
это сознание субъектом совокупности своих национальных (эт-нических) связей и своего отношения к ним»4. По ее мнению, на-циональное самосознание не сводится лишь к
осознанию индивидуумом своей этнической принадлежности, а включает в себя
национальные аутостереотипы (представления о существенных свойствах своей этнической общности), национальные стереоти-пы (представления о других народах), национальные интересы, знания.
В упоминаемой работе И. С. Выроста содержится также опре-деление этого понятия: «Национальное самосознание представ-ляет собой особую психическую форму, в которой
при, уяснении отношения индивидуума к национальному со-обществу происходит синтез:
а) знаний и эмоционально оценочных впечатлений о нацио-нальном сообществе (своем и
других); б) взглядов о типичных свойствах члена национального общества (своего и других);
в) взглядов на самого себя как на члена определенного нацио-нального сообщества»5. Анализ дефиниций, и содержания поня-тия «национальное самосознание» свидетельствует, что боль-шинство авторов фактически отождествляют национальное са-мосознание и
национальное сознание.
С моей точки зрения, правомерно употребление обеих кате-горий. Категория
«национальное сознание» отличается и по содержанию и по структуре от понятия
«национальное самосознание». Осознание своей национальной принадлежности составляет сердцевину национальною самосоз-нания. Естественно, что это довольно емкое и сложное
как по содержанию, так и по структуре понятие, включающее в себя представления
и знания о своей национальной общности, ее историческом про-шлом и настоящем,
материальной и духовной культуре и языке. Это осознание на уровне индивидуального, и общественного сознания места и ро-ли своей национальной общности среди других
общностей, своей национальной культуры в мировом историче-ском процессе. Важнейшим компонентом национального само-сознания является его способность к самооценке. При
этом данный фактор действует и в индивидуальном, и в общест-венном сознании, является
как бы критерием, определяющим уровень развития нацио-нального самосознания.
Что же касается национального сознания, то его отличие от национального самосознания
в содержательном плане заключается в формирований представ-лений, образов, знаний не
только о своей общности, но и о других общностях, и прежде все-го - о них, но с позиций
своею собственного этноса6. Однако это не означает, что нацио-нальное самосознание и национальное сознание соотносятся как часть и целое Диалектика их взаимодействия
глубже и сложнее. Имея много общего, находясь в единстве, они тем не менее не
тождественны. Это единство диалектическое, включающее в себя различие как по
содержанию, так и по форме. Выше отмечалось их отличие по содержанию. Что же касается
отличия по форме, то оно состоит в том, что национальное само-сознание проявляется как
на уровне индивида, так и на уровне нации, тогда как нацио-нальное сознание, как правило,
на уровне нации, т. е. субъектом национального самосознания является личность и
национальная общность, тогда как субъектом национального сознания выступает нация.
Далее. Отличие национального самосознания от национального сознания состоит также в
том, что в первом большую роль играет эмоциональный фактор. Данное обстоятельство определяет то место, которое занимают обе эти категории в структуре общественного сознания. Нацио-нальное самосознание является структурным элементом нацио-нальной психологии, которая входит в состав общественной пси-хологии и проявляется в основном на уровне
обыденного сознания. Национальное сознание не входит в со-став национальной психологии, оно, как правило, проявляется и функционирует на теоретическом уровне общественного созна-ния. Естественно, что данные грани в самой структуре общест-венного сознания условны
и подвижны.
Важнейшей закономерностью развития национального само-сознания является его детерминированность социально-экономическими и историческими условиями жизнедеятельно-сти нации. Рост национального самосознания происходит про-тиворечиво,
порой болезненно, что связано с его собственной противоречи-вой природой. Важной
стороной в развитии национальною самосознания является со-отношение в нем
национального и общечеловеческого, национальных и общече-ловеческих ценностей.
Важно подчеркнуть также еще один момент, связанный с формированием национального самосознания. Дело в том, что существует специфика формирования национального самосоз-нания, связанная с численностью национальных общностей, т. е. больших и малых
наций. Национальные чувства, а также национальное самосоз-нание малых народов особенно обострены. И этот фактор необ-ходимо самым серьезным образом учитывать при проведении национальной политики. Надо также иметь в виду специфику формирования национального самосознания наций, прожи-вающих в данном регионе и давших название государе ту, и
национальных групп, проживающих в инонациональной среде. Например, украинцы, проживающие в Украине, и украинцы, проживающие в Канаде, США и других странах.
Процесс формирования национального самосознания связан с развитием национальных языков. Язык является важнейшим эле-ментом национальной культуры. Развитие
национального языка выступает в качестве предпосылки разви-тия национального
самосознания.
Известны случаи рассмотрения языка как проявления духа народа. Так, например,
немецкий лингвист В. Гумбольдт писал о том, что изучение язы-ков не может быть
успешным, если они не рассматриваются в связи с развитием на-родного духа. Язык есть
средство проникновения в действительную сущность народа, он определяет характер
народа, его дух Язык, по мнению этого ученого, является единст-венным средством , с
помощью которого возможно проникнуть в самые тайные, глу-бинные сущности духа.
Поскольку язык является составной частью культуры народа, а через культуру
объективируются черты национальной психологии, то посредст-вом языка также проявляются национальный характер и нацио-нальное самосознание. Ведь благодаря языку осуществляется связь между прошлой культурой народа и его настоящим куль-турным наследием. На развитие
языка оказывают влияние социально-экономические и историче-ские факторы развития
народа. Одним словом, культура народа, его история и язык не-отделимы. И. Гердер отмечал:
«Все рассказы о китайском языке сходятся в том, что он неска-занно способствовал
формированию всего облика народа с присущим ему искусным и сложным образом мыслей;
ведь всякий язык - это сосуд, в котором отливаются, сохраняются и передаются идеи и
представления народа»7.
Деформированное национальное самосознание может стать предпосылкой возникновения националистических чувств. В ли-тературе, отечественной, н зарубежной понятие
«национализм» употребляется в различных аспектах. Нередко его отождествляют с
патриотизмом, наполняя положительным содержанием. Сто-ронники этой точки зрения
считают национализм явлением прогрессивным. По их мнению, национализм выступает в качестве движущей силы обществен-ного развития.
Правомерно ли ставить знак равенства между национализмом и патриотизмом? Думаю,
что нет. Жизнь неоднократно подтверждала тезис о взаимосвязи национализма с практикой политической борьбы. Подобными примерами особенно богата история XX века, когда на
волне национализма возникли реакционные фашистские режи-мы.
Вместе с тем для отождествления национализма и патриотиз-ма имеются определенные основания. Дело в том, что исходные установки как национализма, так и патриотизма весьма схожи. Это чувство любви к своему пароду, отечеству, забота об их бла-ге. Психологически создается иллюзия отсутствия какого-либо различия между ними. Однако практика
показывает, что между национализмом и патриотизмом сущест-вует не просто различие,
это понятия противоположные.
Итак, у национализма и патриотизма единые исходные . пред-посылки, но в дальнейшем
это единство переходит в противоположность, причем на теоре-тическом, практическом и психологическом уровнях. В то время как патриотизм предполагает, что любовь к своему
народу, отечеству сочетается с глубоким уважением к другим народам, национализм
проводит идею превосходства «своего» над «чужим», противо-поставляя ценности своего
народа (причем, как уже отмечалось, нередко деформирован-ные) ценностям другого народа,
при этом предпринимаются попытки решать проблемы своего этноса (экономические, территориальные и др.) за счет других. На уровне теоретического сознания обосновывается
идея об интеллектуальном превосходстве, необходимости вы-полнения тем или иным
народом особой исторической миссии. На уровне обыденного внедряются в сознание масс
мысли о том, что виновником бед и неурядиц, которые пережи-вает население, являются представители другого этноса.
Субъективно отдельный человек, называющий себя национа-листом, может быть честным, испытывающим самые добрые на-мерения, искренне верящим в чистоту тех целей и задач, кото-рые провозглашаются в националистических программах. Одна-ко объективно добрые намерения отдельной личности вступают в противоречие с установками и принципами
национализма. И тогда личность должна либо следовать им, ли-бо вступить с ними в
конфликт.
Немецкий фашизм начинался с провозглашения национали-стическим лозунгов. На уровне массового сознания они были поддержаны населением, ибо психологически они
импонировали народу. Однако логика исторического процесса такова, что крайние формы национализма и шовинизма пере-растают в фашизм.
Националистическое (здесь имеется в виду и шовинистиче-ское) мышление ущербно. Его ущербность состоит в односто-ронности, и игнорировании многообразия факторов,
определяющих жизнедеятельность этноса,
Нация, как принципиально новая общность людей, возникает в X V I-X V I I вв. в период зарождения буржуазных отношений. Данный период характеризуется усложнением
социальной структуры общества. До возникновения наций об-щество было разделено на
классы. Но кроме классовой общество включало конфессиональ-ную структуру, а также и
этническую (род, племя, народность).
Возникновение наций привело к бурным темпам роста на-ционально о самосознания, формированию национального ха-рактера. Этническая сфера человеческого бытия
существовала задолго до возникновения наций. И такие общно-сти, как род и племя, с
помощью которых человечество .делает первые шаги по пути идентификации, возникают
задолго до возникновения наций.
Возникновением наций человечество как бы подвело итоги на долгом и трудном пути этнического развития. Без формирова-ния национального самосознания, поставившего
проблему национальной идентичности на передний план, воз-никновение наций было бы
не возможным.
В литературе, как зарубежной, так и отечественной, сущест-вуют две точки зрения по
вопросу о сущности этноса. Одна из них исходит из тезиса, что этнос - это социальное
явление, другая - историческое. Кроме этих точек зрения суще-ствуют и другие подходы к характеристике этноса; этнос - это культурные, географические, биосоциальные,
биофизические общности.
Каждая из перечисленных концепций имеет рациональное зерно, но их объединяет существенный недостаток - они абсолю-тизируют один из вышеназванных факторов, недооценивая, а то и игнорируя другие.
Этносы, как нам кажется, - это социально-исторические общ-ности, в формировании
которых значительную роль играют географический, культуро-логический и другие факторы.
Если же рассматривать соотношение понятий «этнос» и «нация», то думается, что этнос -
понятие более широкое, чем нация. Последняя выступает одной из форм этноса. Имеются и другие его формы, например, на-родность.
При исследовании феномена нации возникает одно сущест-венное затруднение. Оно
связано с терминологической путаницей в трактовке этнической сферы человеческого бытия.
По мнению английского ученого Эдгара Карра, слово «нация» означает разные вещи для
разных народов. Оно имеет неодинаковый смысл и в различных языках.
В литературе существуют более ста определений наций, хотя возможно привести не менее сотни утверждений известных уче-ных в области этнополитики, что определение нации
вообще невозможно дать. Дело в том, что в работах многих за-падных исследователей
понятия «нация», «государство» употребляются как синонимы, как такие, которые по своему
содержанию идентичны.
Если иметь в виду термин «нация», то он появляется еще в Древнем Риме. Но это обстоятельство ни в коем случае не озна-чает, что нации возникли в античности. Для древних римлян нация - это группа людей, которая не принадлежала к римля-нам,, это иностранцы. В процессе исторического развития изме-нялось содержание этого понятия. Так, в
средневековых университетах землячества иностранных сту-дентов объединялись общим названием «нация».
Постепенно понятие «нация» начинает наполняться пиитиче-ским содержанием.
Среди множества подходов и концепций, определяющих сущ-ность нации, в литературе выделяется два подхода: 1) трактовка нации как политической общности и 2) трактовка
нации как этнической общности.
В связи с этим выделяются такие теории нации; политическая, психологическая, культурологическая, историко-экономическая и этническая.
На западе наиболее распространенной является политическая теория нации. Основоположником этой теории считают гол-ландского ученого Гуго Греция (1583-1645). Основные положения своей концепции он изложил в работе «Закон войны и мира». Анализ литературы той исторической эпохи свидетельствует о распространении взглядов Греция в западноевропейской лите-ратуре. В британской и французской энциклопедиях (X V I I I в.)
даются определения нации аналогичные по своему содержанию. Так, во французской энциклопедии утверждалось, что нация объединяет в себя значительное количество людей, которые проживают в определенном регионе, очерченном границами, подчиняются одному
и тому же правительству и отличаются от других наций свойст-венным только данной нации
характером.
Фактически, все политические концепции нации исходят из тезиса о наличии единого правительства. Таким образом, поли-тические концепции нации исходят из предпосылки о наличии государства как важнейшего условия существования наций. Ав-торы этой
концепции отождествляют нацию и государство.
Данное обстоятельство надо учитывать при анализе совре-менных западных концепций
нации, получивших широкое распространение как в Западной Европе, так и в Соединенных Штатах Америки.
В X X в. политическая теория нации не претерпела особенных изменений о чем свидетельствуют работы специальной комис-сии Британской Академии наук. По мнению британских ученых, нацию характеризуют следующие черты: 1) подчинение всех ее членов единому правительству; 2) проживание на одной терри-тории; 3) общность языка, литературы, обычаев; 4) общность происхождения и история; 5) отдельный национальный харак-тер;
6) общность религии; 7) общность интересов; 8) общность чувств или воля, которая должна
быть специфически "национальной" по своему характеру; 9) уважительные отношения между людьми, которые принадлежат к одной нации; 10) преданность единому целому; 11) чувство
гордое) и относительно достижений и огорчения относительно неудач национальной
политики; 12) презрительное или даже враждебное отношение к другим национальностям.
Можно спорить с авторами данной концепции нации, но мно-гие существенные черты
нации здесь нашли отражение: территория, язык, национальный характер и т.д. То, что
отличает политическую теорию наций от Других, это как под-черкивалось выше, наличие государства и единого правительст-ва.
Среди других теорий нации необходимо отметить культуро-логическую. Видным ее представителем был Карл Реннер. Рен-нер и другие сторонники данной теории считали
нацию культурным сообществом, где доминирующую роль иг-рают следующие три фактора: общность литературного языка, развитая национальная литература и
национально-духовная культура.
Особое место в обществоведческой литературе занимает исто-рико-экономическая теория нации, поскольку на протяжении многих десятилетий она была господствующей в марксизме. Проблема наций рассматривалась в работах К. Маркса, Ф. Эн-гельса, К. Каутского,
И. Сталина. Догматизированный марксизм принял теорию на-ции Сталина, которая
объявлялась вершиной развития марксистской мысли. Спустя много лет после смерти
Сталина, в Советском Союзе на страницах обществоведческих журналов состоялась
дискуссия по вопросу о нациях, участники которой так и не по-шли дальше так называемых четырех сталинских признаков на-ции: общность территории, языка, общность экономических свя-зей и национальной культуры, проявляющейся в национальном характере.
При рассмотрении марксистской концепции нации необхо-димо иметь в виду, что в
марксизме нация анализируется через призму классовой борьбы, где классовая борьба
выступает самодовлеющим фактором происходящего в общест-ве. В произведениях Маркса
и Энгельса теория наций не нашла специального анализа, хотя отрицать их вклад в
исследование национальных отношений, особенно проблем на-ционального характера
нельзя. В работах Энгельса содержится анализ национальных характеров различных
народов, а также влияние национального характера на различ-ные сферы жизни
общества.
Вместе с тем, в произведениях Маркса и Энгельса имеются и ошибочные трактовки
некоторых аспектов национальной жизни общества. Так, они ут-верждали о существовании «исторических» и «неисторических» наций. Здесь, очевидно, сказалось влияние Гегеля. Более того, классики марксизма делили нации на «революционные» и «ре-акционные», что было не
только некорректно, но и глубоко ошибочно.
В наследии марксизма, кроме Сталина, проблеме наций уде-лял внимание К. Каутский. Собственно, на Западе историко-экономическая теория представлена учением К. Каутского.
Если провести сравнительный анализ взглядов Сталина и Каут-ского по данному вопросу,
то ни о каком вкладе Сталина в развитие концепции нации не может идти речи.
Каутский считал нацию наиболее могущественным фактором общественного прогресса. Рассматривая признаки нации, Каут-ский такими признаками считал: общность языка,
территории, постоянные экономические отношения.
В литературе, посвященной анализу проблемы национальных отношений, приводится конспект В. И. Лениным работ Каутско-го: «Каутский. Язык и территория. Главное. (Экономический признак). Исторический характер». Позже в советской литерату-ре первое
слово из этой цитаты было выброшено, а все остальные слова были приписаны
В. И. Ленину.
Отдавая должное Каутскому в развитии данного вопроса, мы не можем согласиться с утверждением некоторых авторов о том, что Ленин ничего нового не внес в развитие историко-экономической теории нации, так же как ничего нового не вне-сли ни Маркс, ни Энгельс в сравнении с Каутским.
Анализ произведений Маркса, Энгельса и Ленина показывает, что основными признаками нации они считали территорию, язык, общность экономической жизни и общность национально-го характера.
Отличие их взглядов от взглядов Каутского по проблеме на-ции состоит в двух моментах. Во-первых, классики марксизма делали акцент на экономическом признаке нации, на
общности экономических связей, тогда как Каутский выделял на первое место язык. И,
во-вторых, основоположники марксизма (особенно Энгельс и Маркс) к числу признаков
нации относили национальных характер. Что же касается Каут-ского, то в его произведениях
(в частности, в выше приведенной цитате) на этом признаке не акцентируется внимания.
Теперь, что касается Сталина и его вклада в развитие теории на-ций. Долгое время в
марксистской литературе Сталин считался одним из наиболее выдающихся теоретиков в
области национальных отношении (известно, каким он был практиком. Более двадцати депортированных народов за время правления «вождя всех времен и народов»).
В 1913 г. Сталин дал следующее определение нации: «Нация - это устойчивая общность
людей, что сложилась исторически, возникла на базе общности языка, территории, экономической жизни и психологического склада, который проявляется в общности
культуры». По мнению Сталина, лишь наличие этих признаков вместе взятых дает нам
нацию.
В 1929 г. Сталин несколько уточнил данное определение на-ции, но сущность осталась прежняя. Сталинское определение нации стало официальной марксистской доктриной в Советском Союзе. Разберемся, что в этом определении нации является ста-линским, принадлежащим собственно Сталину.
В 1913 г. уже существовали в обществоведении теории нации, которые выделяли
территорию, язык и общность экономических связей как сущест-венные признаки нации (например, концепция Каутского). Что же касается национального характера, как признака
нации, то в начале X X в. широкое распространение получила психологическая теория
наций, сводившая признаки нации к национальному характеру (Э. Ренан, О. Бауэр).
Сталин, фактически, соединил теорию нации Каутского с тео-рией нации Бауэра.
Известно также, что в марксистской теории нации делятся на буржуазные и
социалистические, что не нашло подтверждения в практике ис-торического процесса. Таким образом, говорить о вкладе Стали-на в развитие теории наций неправомерно.
Рассмотренные нами выше теории нации свидетельствуют, что такие признаки наций,
как общность языка, территории, экономической жизни в той или иной мере присутствуют
в них.
Особенность марксистской теории наций состоит в том, что такой признак нации, как общность экономических связей, объ-являлся в ней главным, определяющим.
Среди других концепций нации отметим этническую, воз-никновение которой
приходится на конец X V I I I в. Ей не удалось вытеснить полити-ческую концепцию наций,
и она получила распространение в странах Восточной Европы, а также в Германии
благодаря работам Гегеля и Фихте.
В середине X X в. этническая теория нации распространяется в США и Канаде. Среди представителей этой концепции следует отметить Э. Смита, утверждающего, что сторонники этнической теории нации рассматривают нацию как большую политизиро-ванную
этническую группу, которая характеризуется общей культурой и общим представлением о
происхождении. В литературе появляется понятие «этническая нация» в противовес
положению «политическая нация».
В отечественной литературе с помощью данных понятий предпринимаются попытки анализировать процессы в сфере межнациональных отношений.
Так, например, в одной из работ утверждается: «Украинцы в Украине, латыши в Латвии, литовцы в Литве, составляют соот-ветственно украинскую, латвийскую и литовскую
этнические нации и в то же время являются ядрами своих соот-ветствующих этносов. В отношении всего населения каждой из этих стран лучше говорить об украинской,
латвийской и литовской политических нациях». При этом автор исходит их тезиса, что этнические нации уже сформировались, тогда как процесс формирования политических
наций продолжается.
С данным подходом согласиться нельзя. Он не отражает всей сложности тех процессов, которые сложились в сфере межна-циональных отношений.
Такой подход не учитывает специфику, вытекающих из полиэтнического характера населения Украины, России и дру-гих государств. Отсюда вытекает, что все население, проживаю-щее в Украине - это украинцы, в России - россияне. Невозможно заменить каким
бы то ни было понятием все многообразие наций и народностей, проживающих, например,
в России. В Украине проживает свыше 100 наций и народностей. Около 12 миллионов
населения это русские. Как же возможно всех их называть укра-инцами?
Поэтому необходимо весьма осторожно употреблять понятие «политическая нация» соотносительно с понятием «этническая нация». Путаница, которая при этом возникает,
может привести на практике к нежелательным последствиям. Наконец, остановимся на
анализе психологической теории нации, получившее широкое распространение в
обществоведческой литературе.
Истоки этой теории своими корнями уходят в X I X в,, когда французский философ и
историк Эрнест Ренан (1823-1892) прочитал в Сорбоне цикллек-ций по проблеме
наций (1882).
Определяя нацию, Ренан писал: «Нация - это душа, духовный принцип. Две вещи,
которые, по существу, являются единой, составляют эту душу, этот духовный принцип.
Одна - в прошлом, другая - в будущем. Одна - это иметь богатое наследство воспоминаний, другая - общее согласие, желание жить вместе, продолжать вместе пользоваться неделимым на-следством, которое досталось. Разделять в прошлом общую славу и общую печаль,
осуществлять в будущем ту же самую программу, вместе стра-дать, наслаждаться, надеяться -
вот что лучше за общие таможни и границы - вот что подразуме-вается несмотря на отличие
расы и языка!»8.
Значительный вклад в развитие психологической теории на-ции внес О. Бауэр. Бауэр
исходит из тезиса, что нация представляет собой не что иное, как относительную общность характера. При чем общность характе-ра - это комплекс свойственных нации физических и психиче-ских признаков, объединяющих всех членов данной нации отли-чающих их от других наций.Бауэр подчеркивает, что различные признаки эти далеко не равнозначны. По его
мнению, в национальный характер входит то или иное направ-ление воли. Последняя
проявляется в процессе познавания как внимание, выбирающее и воспринимающее лишь несколько из целого ряда испытанных явлений. Например, немецкий и английский путешественники вынесут из совместного путешествия совершенно различный за-пас впечатлений. При исследовании одного и того же предмета немецким и английским
учеными, как методы исследования, так и результаты его ока-жутся совершенно различными.
Еще непосредственнее проявляется воля в каждом решении. Бау-эр пишет: «Сущность национального характера несомненно ска-зывается в том, что немец и англичанин в
одинаковом положении поступят различно, различно приступят к одинаковой работе,
выберут различные увеселения, чтобы рассеяться, будут вести различный образ жизни, удовлетворять различным потребно-стям при равной самостоятельности»9. Бауэр делает
акцент на том, что различные нации обладают различными объ-емами представлений,
поскольку различны их понятия о правом и неправом, различны представления о
нравственности и безнравственности, приличном и неприлич-ном, красивом и некрасивом,
разлнчны их религия и наука.
По в чем же причина этих различий? По мнению Бауэра, раз-личия координированы различиями воли, определяются по-следней. «Потому, что англичанин иначе воспитан,
иному учился, подвергается иным культурным влияниям, пото-му одинаковое раздражение
и вызывает с его стороны иное движение у немца»10. Из выше приведенного определения национального характера видно, что Бауэр относит к чертам национального характера не
только общность психических, но и общность физических при-знаков. Он отмечает, что
различие в строении черепа, интересующие антрополога, оста-ется безразличным для
историка, социолога, политика, но до тех пор, пока он не имеет оснований предполагать, что определенный физический тип со-провождается определенными психическими признаками.
Из опыта известно, рассуждает далее Бауэр, что различия в тело-сложении сопровождаются
или непосредственно различиями в решимости при равных ус-ловиях, или же различиями в способности и образе познавания, которые, в свою очередь, порождают различия в
решимости, в воле. «Даже антисемита, - пишет Бауэр, - не трога-ли бы еврейские носы, если
бы он не думал, что с физическим типом евреев всегда связаны определенные политические
свойства11. Весьма сомнительное утверждение со стороны Бауэра, не подтвержденное ни теоретическими исследованиями, ни практическим опытом. Ставить в зависимость
свойства национального характера от величины носа или антро-пологического строения
личности неверно. Н тем не менее. Бауэр такую зависимость ус-матривает. Он делает вывод
о том, что совокупность физических признаков не координиро-вана различным
направлением воли, а находится с .ними в функциональном со-отношении, за которым
кроется, вероятно, и причинная связь.
Исходя из этих замечаний, Бауэр дает определение нацио-нального характера в более
узком смысле. «Теперь, - пишет Бауэр, - мы понимаем под ним уже не комплекс физических
и психических признаков, а лишь различие в направлении воли, тот факт, что одно и то же раздражение вызывает различные движения, одно и то же положение - различные
решения. А это различие в направлении воли определяется раз-личием накопленных нацией
представлений или различием привитых .ей в борьбе за сущест-вование физических особенностей»12.
Как возникает, спрашивает Бауэр, общность характера? Отве-чая на этот вопрос, Бауэр
считает, что одинаковые причины породили и одинаковость ха-рактера. «Таким образом, -
делает заключение Бауэр, - мы определили нацию как общность судьбы»13 .
Но в связи с этим, возникает вопрос о том, что такое общность судьбы? По Бауэру,
общность судьбы означает не подчинение одинаковой судьбе, а совместное переживание
одной и той же судьбы в постоянном общении и взаимодейст-вии. И немцы, и англичане пережили развитие капитализма, но в разное время, в разным местах и при слабом
общении друг с другом. Вот почему одинаковые силы могли уве-личить сходство между
ними по сравнению с прежними временами, но никогда не сде-лали бы из них одного народа. Бауэр подчеркивает, что не одно-родность судьбы, а только совместное переживание судьбы, общность судьбы, рождает нацию. Он приводит мысль Канта, что общность означает «постоянное взаимодействие друг с дру-гом».
Только судьба, пережитая в постоянных взаимодействиях друг с другом, в постоянных взаимоотношениях, порождает нацию.
«Именно тем, что нация создается и сохраняется не простой однородностью, а лишь общностью судьбы в постоянном взаи-модействии между товарищами по судьбе, нация и отличается от всех других общностей характера, например, классовой»14.
Нация, по Бауэру, это общность характера, происходящая из общности борьбы, а не из однородности. В этом, по мнению Бау-эра, заключается и значение для нации языка. «С
людьми, с которыми я нахожусь в теснейшем общении, я создаю и общий язык; и с людьми,
с которыми я говорю, на одном языке, я нахожусь в теснейшем общении»15.
Бауэр выделяет две причины, с помощью которых люди спла-чиваются в национальную общность культуры. Одна из этих причин есть естественная наследственность. Условия
жизни предков, отмечает Бауэр, качественно определяют заро-дышевую клетку,
связывающую друг с другом последующие поколения. Далее, по Бауэру, происходит
естественный отбор, с помощью которого и решается вопрос о том, какие свойства
подлежат унаследованию, а какие вымиранию. Таким образом, делает вывод Бауэр, условия жизни предков определяют наслед-ственные свойства потомков.
«Нация, - пишет Бауэр, - является здесь, следовательно, общ-ностью происхождения,
нация сплачивается здесь общностью крови, или общностью за-родышевой клетки, как
говорит наука»16.
Однако подчеркивает Бауэр, объединенные общностью про-исхождения члены народа составляют нацию лишь до тех пор, пока они сохраняют общность сношений, пока общность крови поддерживается браками. В понятие нации, таким образом, как естественной
общности входит не только вытекающая, из общности происхо-ждения общность крови, но и сохранение последней посредст-вом постоянного смещения крови.
Но характер индивидуума состоит не только нз одной только совокупности
унаследованных свойств, И Бауэр останавливается на анализе второй причины. Такой
причиной, по его мнению, является влияние на личность тради-ционной культуры. В
процессе жизнедеятельности у индивида формируется мировоз-зрение, включающее в себя правовые, нравственные, религиоз-ные, философские, политические, эстетические аспекты.
Вся это Бауэр называет культурными благами, передающимися из поколения в поколение.
Таким образом, заключает Бауэр, нация всегда есть не только ответственная, но и
культурная общность. При такой ситуации личность усваивает культуру предыдущих
поколений, поскольку она принимает уже сложившиеся эконо-мические отношения духовную культуру. И здесь Бауэр, естест-венно, прав. Последующие поколения усваивают то, что было создано предыдущими поколениями, происходит процесс соци-ального наследования
и передача их опыта. Причем Бауэр подчеркивает, что данная преемственность
осуществляется с помощью языка. Бауэр верно отмечает огром-ную роль языка в этом
процессе. «Язык есть условие всяких тесных сношений, и именно поэтому необходимость сношений вырабатывают общие языки и, наоборот, с разрывом общности сношений дифференцирует-ся постоянно и язык»17.
Что же касается иностранного языка, то, по мнению Бауэра, он не оказывает такого
влияния, как родной язык, хотя человек может знать его хорошо. Культурные ценности воспринимаются с помощью родного язы-ка. И этот процесс усвоения культуры с помощью родного языка начинается с детства. «Нельзя представить себе долгое существо-вание нации
как культурной общности без общности языка, этого важнейше-го свойства человеческих отношений»18. Однако как отмечает Бауэр, общность языка не гарантирует национального единства.
Процесс культурной дифференциации и общности языка Бауэр иллюстрирует па примере голландцев, которые в истори-ческом плане являются осколками немецких племен. Но они не принадлежат к немецкому народу. Своеобразные условия поро-дили и своеобразную культуру, отличную от культуры немцев, создали национальный язык, отличный от немецкого
языка.
Бауэр рассматривает вопрос о соотношении представителей различных наций, где в силу различных причин происходит смешивание друг с другом; и кровь обоих наций в различном смешении течет в жилах той и другой. Но эта ситуация не при-водит, по мнению Бауэра, к слиянию наций по той причине, что здесь различие в общности культуры разграничивает
нации вопреки смешению крови.
Однако в жизни бывают ситуации, когда на человека оказы-вают влияние две культуры, культуры двух наций. Такой чело-век не просто соединяет в себе черты характера двух или
более наций, но обладает совершенно особым характером, по-добно химическому
соединению, обладающему свойствами, отличными от свойств тех элементов, из которых
оно состоит.
Бауэр видит здесь причину того, что люди, являющиеся по-рождениями нескольких
наций, в большинство случаев не любимы, вызывают подозре-ние, а в эпоху борьбы национальностей клеймятся презрением.
Но бывают нередко случаи культурного влияния двух или не-скольких наций, в результате
чего рождаются великие люди. Бауэр в качестве примера приво-дит К. Маркса, в котором воплотились в индивидуальную само-бытность четыре великих нации - евреи, немцы,
французы и англичане.
Воздействие нескольких национальных культур на одного и того же человека не редко встречающееся явление. Здесь Бауэр проводит плодотворную мысль о том, что в процессе историче-ского развития происходит процесс взаимодействия и взаимо-влияния
национальных культур. В результате такого взаимовлияния про-исходит обогащение культур. Каждая культура заимствует из другой прогрессивные элементы, в свою очередь, оказывая влия-ние на эту культуру. Однако в результате этого взаимодействия и взаимовлияния национальные культуры не изменяют своей сущности, что не приводит к изменению национального харак-тера.
С точки зрения Бауэра, люди одного и того же происхождения не объединяемых
общностью культуры, не составляют нации: без взаимодействия современников, возможного лишь при посредстве общего языка, общей традиции культурных связей, нет и нации.
Естественная общность сама по себе, без общности культур-ной может интересовать антропологов, как раса. Нации она не составляет. «Условия борьбы людей за существование
могут создавать нации и посредством естественной общности: общность же культурная есть
во всяком случае всегда необходимая предпосылка нации»19. Бау-эр выделяет три типа национально-культурной общности. Пер-вый тип, относится к германцам эпохи родового коммунизма. В этот период нация представляет собой группу, все члены кото-рой
объединены как общностью происхождения, так и общностью полученной от предков
культуры.
Однако с переходом к оседлому образу жизни, унаследован-ные свойства
дифференцируются с прекращением смешанных браков между племенами, территориально обособленными и поставленными в различные условия борьбы за существование. Общая унаследо-ванная культура получает в дальнейшем различное развитие в зависимости от особенностей отдельных племен. Таким образом, заключает Бауэр, нация в самой себе носит зародыш разложения.
Второй тип представляет собой нация общества, основанного на различиях социальных классов.
Происходит процесс дифференциации народных масс. Ос-лабляются отношения между
ними, вначале единый язык распадается на несколько наречий, вследствие различий борьбы,
за существование вырабатываются различные культуры. Это приводит к порождению
различных характеров.
«Таким образом, народные массы все более и более утрачива-ют национальное единство,
по мере того как утрачивается постепенно в течение веков пер-воначальная общность унаследованных свойств, а первоначаль-но общая культура покрывается слоем разъедающих
ее новых разнообразных элементов культуры. Нацию объединя-ет теперь не кровное и
культурное единство народных масс, а культурное единство гос-подствующих классов,
стоящих над массами и живущих от плодов их труда».
По Бауэру, согласно его концепции, в средние века нацию со-ставляли рыцари, а в новое
время - «образованные». Что же касается широких слоев народ-ных масс, то народные массы - крестьяне, ремесленники, рабо-чие, - трудом которых держится нация, играют роль простого фундамента нации.
Третий тип представляет социалистическое общество будуще-го, вновь сплачивающее все
слои народа в автономное национальное единство.
Третий тип характеризуется тем, что здесь нация основывает-ся не на общности происхождения, а на общности воспитания, труда и пользования культурными благами. По
этой причине этой нации не угрожает разложение. «Общность воспитания, участие в пользовании культурными благами, тес-ные скопления в общественной жизни и
общественном труде обеспечивают национальное единство». В данном контексте нация,
как утверждает Бауэр, представляет собой не инертное тело, а динамический процесс
развития, детерминированный теми условиями, в которых живут люди.
Бауэр отмечает, что нация не возникает тогда, когда люди еще только ищут пищу для того, чтобы только поддержать свое су-ществование. Нация, по Бауэру, возникает тогда, когда
человек начинает добывать необходимые блага в поте лица сво-его, в борьбе с природой.
Поэтому возникновение наций, как и особенности их, опреде-ляются способом производства,
орудиями труда, производительными силами, теми отношения-ми, в которые вступают люди
в своей производительной деятельности»20. Следовательно, Бауэр относит возникновение
наций к глубокой древности, когда люди вступают в процесс ма-териального производства, начинают производить, то есть тогда, когда возникает производство.
Проведенный нами анализ концепции нации Бауэра свиде-тельствует о его непоследовательности, противоречивости. С од-ной стороны, это смещение акцентов в
сторону психологических факторов, утверждение, что нацио-нальный характер выступает определяющим признаком нации. С другой стороны, попытки заимствовать идеи историко-экономической концепции наций, идеи марксизма. Бауэр под-черкивает, что
понять возникновение каждой нации как эпизод борьбы челове-ка с природой - вот та задача, ключ к решению которойй дает нам исторический метод К. Маркса.
Но, как известно, Маркс, подчеркивая решающую роль мате-риального производства в
жизни общества, нигде не говорил, что возникновение наций связано с возникновением материального производства.
Маркс и марксизм возникновение наций связывали с опреде-ленным периодом в жизни общества, а именно с зарождением и развитием буржуазных отношений.
Далее Бауэр анализирует взгляды на нацию течений, которые он называет национальным материализмом и национальным спиритуализмом.
С точки зрения национального материализма нация пред-ставляется в виде частицы своеобразной материальной субстан-ции, обладающей таинственной силой порождать из
себя национальную общность характера. Поэтому, подчеркивает Бауэр, история человечества превращается в его глазах в исто-рию борьбы и смешений постоянных, неизменных
наследственных расовых субстанций. Однако теория Дарвина сильно подорвала позиции данного течения.
Бауэр в связи с анализом расовой теории отмечает, что раса представляет собой не более
как одно из средств, при помощи которого действуют условия борьбы за существование, и производительные силы, которыми пользуется человек в своей борьбе с природой, образуют
национальную общность характера.
Национальный спиритуализм превратил нацию, по мнению Бауэра, в какой-то
таинственный народный дух, историю нации - в саморазвитие этого народного духа,
всемирную историю - в борьбу народных духов, то заключаю-щих дружбу, то враждебных
между собою.
«Дарвинизм, - пишет Бауэр, - научил нас дешифрировать зна-ки, оставленные на
человеческом теле историей органической жизни. Теперь мы можем подобным же образом дешифрировать и национальный характер. На самобытность, свойственную индивидууму
данной национальности, равно как и его соплеменникам, кото-рая сплачивает их,
следовательно, в единство, - осаждается история их физических и культурных предков; этот характер представляет собой застыв-шую историю. Выработка индивидуальной
самобытности каждого из нас в борьбе за существование про-шлых поколений делает нас национальной общность характе-ра»21. Бауэр предлагает весьма оригинальное объяснение нацио-нального характера, трактуя его как отвердевшую историю. Та-кой подход якобы
объясняет, почему историческая наука может опровергнуть мне-ние о неизменности,
постоянстве национального характера.
Природа нации динамична и в каждый данный момент исто-рия нации не закончена, изменчивая судьба подвергает ха-рактер нации, представляющий собой простой осадок
былых судеб, постоянным изменениям.
«Членов нации одной и той же эпохи соединяет общность ха-рактера; но членов нации, живших в разные эпохи, соединяет не однородность характера, а сам факт, что они следуют
друг за другом, влияют друг на друга, что предшествующие по-коления определяют собой
характер, последующих; характеры же различных поколений далеко не совпадают»22.
Подобная закономерность, как утверждает Бауэр, отражается и на истории языка.
Общность языка наблюдается у тех групп, которые находятся в тесном контакте, а не у
следующих друг за другом поколений.
«Характер потомков определяется судьбой предков, но потом-ки все же не представляют
собой корни со своих предков»23.
Возникновение общности характера на основе общности судь-бы вполне выясняет нам значение общности характера, заключа-ет Бауэр.
Бауэр отмечает, что к подобным выводам он пришел эмпири-ческим, индуктивным путем.
Схему рассуждений Бауэра можно представить следующим образом: эмпирическая однородность р общность судьбы р общность характера.
Но общность людей требует для их общения наличие языка. Именно язык является
важнейшим средством общения, благодаря языку люди пони-мают друг друга. Библейские строители Вавилонской башни не могли завершить постройки после того, как Бог смешал
их языки.
«Из этого еще не следует, что все говорящие на одном языке, образуют нацию, но никакая нация не мыслима без общего язы-ка»24.
Бауэр подчеркивает, что различие национальных характеров представляет собой не что
иное, как эмпирические факты и отрицать этот факт было бы абсурдно.
Однажды возникнув, национальный характер представляет собой самостоятельную историческую силу.
Далее Бауэр предпринимает попытку противопоставить свою концепцию нации распространенным в Западной Европе кон-цепциям нации. Суть их сводится к утверждению,
что признаки нации включают в себя: общность территории, общность происхождения,
общность языка, общность нравов и обычаев, общность пережи-ваний и исторического
прошлого, общность законов и религий.
Анализируя данные теории, Бауэр отмечает, что среди при-знаков, приведенных выше, определяющим являются признак - общность истории. Он и определяет все остальные
признаки. «Общая история порождает общие правы и обычаи, общие законы и общую
религию, словом - сохраняя нашу терминологию - общность культурной традиции»25. Бауэр предупреждает о неправомерно-сти абсолютизации такого свойства нации, как территория.
Территория остается признаком нации лишь постольку, по-скольку она составляет условие культурной общности. Бауэр проводит следующий пример. Немец, проживающий в
Америке, под влиянием немецкой культуры - будь то посредст-вом хотя бы лишь немецкой
книги и газеты - дающий своим детям немецкое воспитание, ос-тается немцем вопреки
территориальной особенности.
Завершая исследования феномена нации, Бауэр предлагает итоговое определение.
«Нация есть совокупность идей, общность судьбы сплоченных в общность характера»26.
Общность судьбы, как признак нации, отличает нацию от ин-тернациональных общностей характера профессии, класса, ос-новывающихся на однородности, а не на общности судьбы.
Что же касается понятия «совокупность участников общности характера», то с точки
зрения Бауэра, этим нация отграничивается от более узких общ-ностей характера внутри ее, никогда не образующих самоопре-деляющих естественных и культурных общностей... По
Бауэру, нация - это исторический феномен, ибо нация проявля-ется лишь в национальном характере, в национальности инди-вида, национальность же индивида представляет: собой
лишь одно из последствий его зависимости от истории общества, его обусловленности
способами и условиями производства.
Таким образом, как уже отмечалось, Бауэр весьма непоследо-вательно и противоречиво излагает свою концепцию нации, в которой эклектически объединились идеи
психологической школы, историко-экономической, причем да-леко не адекватно.
Анализ концепций нации будет не полным, если не остано-виться на концепции
современного российского ученого В. А. Тишкова. С точки зре-ния Тишкова, термин нация
не является научным.
Так, он пишет: «Сегодня же за аллегорическим и академиче-ски пустым словом нация
наука и политика упускает что-то гораздо более важное и «ре-альное» в тех многозначных
ролях, которые этничность и националистическая риторика иг-рают в индивидуальных и групповых действиях. Мы включили в нашу исследовательскую повестку феномен, который просто не существует, и выполняет суждения о. действующих в социаль-ном пространстве
лицах и силах на основе должного критерия к мифической де-финиции. Именно поэтому
мои заключительные слова сводятся к призыву: забыть о нациях во имя народов, государств
и культур, даже если будущие исследователи подвергнут сомне-нию и эти последние дефиниции»27.
С подобным категорическим утверждением мы согласиться не можем. Такие понятия
как народ и государство не могут подменять понятия нации, ибо содержание последнего отличается от понятий народ и государ-ство. Да и исторически государство возникает
значительно раньше, чем нация.
Возникновение наций, как подчеркивалось выше, отразило усложнившуюся
социальную структуру общества периода формирования буржу-азных отношений,
В. А. Тишков исходит из тезиса, что нация - это миф. И результа-том этого мифотворчества является утверждение на элитном уровне сознания о реальности наций.
По мнению В. А. Тишкова, «В одних государствах существует огромное, расовое,
этническое и религиозное разнообразие или же резкие регио-нально-территориальные
различия без интенсивных взаимных связей, но довольно успеш-но функционирует на
элитном и даже на массовом уровне миф об единой нации. Яр-кий пример - Индия,
Малайзия и Индонезия, в каждой из которых проживает больше этнических общностей, чем
в России, но, по крайней мере, на официально-элитном уровне присутствуют понятия
индийской, малазийской и индонезийской наций28.
Параллель России с Индией, которую проводит Тишков, не-правомерна. Индия - полиэтническая страна, и этносы, которые ее населяют, составляют индийскую нацию. На территории Рос-сии проживает более десятка этносов, образующих нации, на-пример,
башкиры. В плане территориального деления это автономные республики. Именно на
территории автономных республик коренное население состав-ляет нации.
Поэтому утверждать по аналогии с Индией, где существует индийская нация о
существовании в России российской нации, теоретически невер-но, а в политическом плане вредно.
Так же неверным будет объединять население, проживающее в Украине, общим
понятием украинской нации. Ведь в Украине, кроме украинцев проживает двенадцать
миллионов русских, а также представители других националь-ностей.
Тишков считает, что понятие нации должны заменить поня-тия государство и народ. Бесспорно, эти понятия как в теорети-ческом, так и практическом планах играют большую
роль. Но они не могут заменить нацию. И это убедительно ил-люстрируется на примере полиэтнических государств. В исто-рии возникновение наций и государств далеко не всегда
совпадает. Известны случаи существования наций при отсутст-вии своей государственности.
К числу таких наций относится и украинская нация.
В полиэтничском государстве может существовать несколько наций со своим языком, культурой, традициями. Убедительный пример этому - Россия. Таким образом, мы видим несовпадение понятий нации и государства. А именно попытка отождествле-ния нации и государства характерна для многих западных кон-цепций нации.
Что же касается .понятия народ, то оно объединяет все этносы, проживающие на
территории государства. И в этом смысле мы можем говорить о российском народе,
россиянах, подразумевая под данными терминами все населе-ние, проживающее на
территории российского государства. Подобное можно сказать и об Украине, где понятие
«украинский народ» включает в себя более ста этнических обра-зований, проживающих на
этой территории.
Рассмотренные выше концепции нации, несмотря на их отли-чие, показывают, что
многие из них в число признаков нации включают язык, терри-торию, общность культуры, а марксистская концепция нации включает в число признаков нации, кроме того, и общность эко-номических связей, рассматривая данный признак как основной.
Но общество не находится в статике, это живой динамичный организм, изменяющийся
под воздействием исторических, социально-экономических и других факторов. Изменяется и совершенствуется социальная структура общества. Поэтому те признаки, которые
характеризовали нацию в начале века, выступали как ее опреде-ляющие, на рубеже двадцать первого века играют уже несколько другую роль,
Территория в наше время, так же как и язык, уже не могут вы-ступать в качестве
определяющих признаков нации. Хотя бесспорно язык является неотъемлемой частью
культуры нации, ее душой.
Не может выступать в качестве определяющего признака на-ции и общность
экономических связей. Ныне создаются транснациональные корпорации и объединения, происходит процесс интеграции экономических отношений в глобальном масштабе.
Единственный сохранившийся признак, с помощью которого возможно отличать одну
нацию от другой - это национальных характер. Общность на-циональной психологии, национального характера образует на-цию. Если же иметь в виду такой признак, как язык, то
через культуру, традиции, обычаи, в том числе и через язык, проявляется национальный
характер.
Практика свидетельствует, что часть этносов, наций, которые в силу определенных
причин попадают в инонациональную среду и поддерживают культурные и иные связи с
нацией, частью которой они являются, разговаривают на языке своей нации, - сохраняют
черты национальной психологии, национального характера.
Из всех признаков нации национальный характер оказывается наиболее устойчивым, отражающим в себе сущностные черты этноса. Будучи своего рода психологическим
паспортом нации, национальный характер как бы ограничивает одну нацию от другой, делая
их неповторимыми, несхожими, то, что делает немцев непохо-жими на французов, французов
на русских, русских на грузин, грузин на украинцев и т.д. На од-ном и том же языке
разговаривают многие нации, тогда как национальный характер неповторим.
При нынешних глобальных связях и интеграции территория также уже не играет как
признак нации той роли, какую она играла раньше. Таким обра-зом, национальный характер - главный и существенный признак нации на современном этапе ее существования.
Что же такое национальное чувство? В литературе подчерки-вается, что в национальном чувстве выражается ценностное от-ношение субъекта к объекту. Оно выступают в качестве важней-шего фактора общественной психологии. Как феномен общест-венной психологии, национальное чувство формируется под влиянием чувств и эмоций, свойственных субъекту. Чувства и эмоции личности имеют психофизиологическую природу. Сре-ди чувств,
свойственных личности, доминирующими выступают чувство любви и гордости. Кроме того, личности свойственны такие чув-ства, как чувства восторга, гнева, неприязни, высокомерия, стыда и т. д. Все они при определенных условиях могут составить осно-ву, фундамент национальных чувств. А среди них доминирую-щую роль могут играть одно из них (любви,
гордости, неприязни, стыда).
Русский философ И. Ильин показывает путь формирования такого чувства, как патриотизм,
а также останавливается на проблемах национального воспита-ния. Он подчеркивает, что патриотизм есть чувство любви к ро-дине и, как всякое чувство, оно своими корнями уходит в сферу бессознательного, «Патриотизм, как состояние радостной любви и вдохновенного творчества, есть состояние духовное: и потому он может возникнуть только в порядке
автономии (свободы), - в личности, на подлинном и предметном духовном опыте. Всякое
извне идущее предписание может помешать этому опыту или привести к злосчастной
ситуации. Любовь возникает «сама», в легкой и естественной предметной радости,
побеждающей и умиляющей душу. Эта свободная предметная радость или осеняет человека, -
и тогда он становится живым органом любимого предмета и не тяготится этим, а радуется
своему счастью, или она минует его душу, - и тогда помочь ему может только такое жизненное
потрясение, которое раскроет в нем источники духовного опыта и любви29.
И. Ильин останавливается также на анализе так называемого «казенного», внешнепринудительного, официального патрио-тизма. Такой патриотизм далеко не всегда пробуждает и воспи-тывает чувство Родины. Наоборот, казенный, официальный пат-риотизм может привести к формированию ценностных устано-вок, которые играют негативную роль в
создании образа Родины.
Ильин отмечает, что чувство любви к Родине необходимо пробуждать, а не навязывать. Воспитатель должен не проповедо-вать любовь к Родине, а исповедовать ее и доказывать
делами. Воспитатель должен как бы вправить душу ребенка в духовный опыт его Родины,
вовлечь ее в него и приучить ее пребывать в нем и творчески расцветать в нем. Тогда патриотическое самоопределение осуще-ствится свободно и непосредственно. И ребенок
незаметно станет живым органом своей Родины.
Ильин, фактически, ставит проблему идентификации лично-сти с своим народом. Личность проявляет свои духовные силы, свою духовность через духовность народа, а народ реализует
себя через личность. Данное состояние Ильин передает словами: «Я - как он; он - как я. Или
еще: мой дух - как его Дух; его Дух как мой дух. И следовательно, я есть дух от Духа его; я
принадлежу ему; а потому - ему моя любовь, моя воля, моя жизнь»30. По мнению Ильина, единение людей покоится на не-которой сопринадлежности их, столь необходимой,
естественной и священной, сколь необходим, естественен и свя-щенен человеку сам духовный предмет и духовный способ жиз-ни. «Люди, - пишет Ильин, - связуются в единую нацию и созда-ют единую родину именно в силу подобия их духовного уклада; а этот духовный уклад вырабатывается постепенно, исторически из эмпирической данности - внутренней, скрытой
в самом человеке (раса, кровь, темперамент, душевные способно-сти и неспособности), и
внешней (природа, климат, соседи). Вся эта внутренняя и внеш-няя эмпирическая данность, полученная народом от Бога и от истории, должна быть проработана духом, причем она и со сво-ей стороны формирует дух народа, то облегчая ему его пути, то затрудняя и загромождая
их. В результате возникает единый национально-духовный ук-лад, который и связует людей в патриотическое единство»31.
Ильин останавливается на анализе национально-духовного уклада, фактически
подчеркивая при этом, что гамма национальных чувств народа формирует его национальное видение, его национально-духовный акт, подразумевая под ним национальный характер. Так,
он пишет. «Каждый народ по-своему вступает в брак, рождает, болеет и умирает; по-своему
ленится, трудится, хозяйствует и отдыхает; по-своему горюет, плачет, сердится и отчаивается; по-своему улыбается, смеется и радуется; по-своему ходит и пляшет; по-своему поет и творит му-зыку; по-своему говорит, декламирует, острит и ораторствует; по-своему наблюдает,
созерцает и создает живопись; по-своему исследует, познает и рассуждает и доказывает;
по своему нищенствует, благодарит и гостеприимствует; по-своему строит дом и храмы; по-своему молится и геройствует... Он по-своему возносится и падает духом; по-своему организует-ся. У каждого иное чувство права и справедливости; иной харак-тер; иная
дисциплина; иное представление о нравственном идеале; иная политическая мечта; иной государственный институт»32. Чувства каждой отдельной личности, соприкасаясь с
национальным чувством, нередко порождает коллизии, узел проблем, ибо чувства,
настроения личности - это целый мир индивидуального нацио-нального бытия, их
которых складывается национальное бытие народа. В формиро-вании последнего роль национальных чувств огромна.
Национальные чувства необходимо формировать. Но они формируются в процессе воспитания. И от воспитания зави-сит, какой характер они примут.
Заслуга Ильина состояла в том, что он это обстоятельство хо-рошо понимал. Поэтому он специально останавливается на проблеме национального воспитания.
Будучи религиозным мыслителем, Ильин рассматривает про-блемы национального
воспитания через призму религиозного мировоззрения. При этом у Ильина речь идет о воспитании русского ребенка на при-мерах русской культуры и русской истории. Но
выделенные им принципы, на основании которых должно про-исходить национальное воспитание, воспитание национальных чувств и как следствие всего этого идентификация личности, представляют определенный интерес. Большое значение он при-дает языку. Язык,
по Ильину, вмещает в себя таинственным и сосредоточенным образом всю душу, все
прошлое, весь духовный уклад и все творческие замыслы народа. И все это ребенок должен получить вместе с молоком матери. Ильин подчеркивает интересную мысль о том, что пробуждение самосознания и личностной памяти ребенка на третьем-четвертом годах жизни, совершилось на его родном языке. При этом важен не тот язык, на котором говорят при нем другие, а тот язык, на котором обращаются к нему, заставляя его выражать на нем его
собственные внутренние состояния. Ильин отмечает что не сле-дует его учить другим языкам
до тех пор, пока он не заговорит связно и бегло на своем нацио-нальном языке, в семье
должен царить культ родного языка. Существенны семейные бе-седы о преимуществах
родного языка - о его богатстве, благозвучии, выразительности, творческой неисчерпаемости, точности.
Важнейшим фактором национального воспитания Ильин счи-тает песню. Песню ребенок должен слышать еще в колыбели. При чем имеется в виду национальную песню. Пение
помогает превращению пассивного, беспомощного и потому обычно тягостного аффекта в активную, текучую, творческую эмоцию.
Как человек глубоко верующий, Ильин считает молитву од-ним из элементов
национального воспитания. Молитва дает ребенку духовную гармонию. При этом ребенок
не обязательно должен стать православным. Воспитание должно быть направлено на то,
чтобы он не стал враждебен православию. «Неправославный мо-жет быть верным русским патриотом и доблестным русским гра-жданином; но человек, враждебный православию, -
не найдет доступа к священным тайникам русского духа и рус-ского миропонимания, он
останется чужеродным в стране, своего рода внутренним непри-ятелем»33.
Далее, это сказка. Сказка действительно выступает одним из важнейших элементов национального воспитания, националь-ных чувств Сказка, по Ильину, заселяет душу ребенка нацио-нальным мифом, тем хором образов, в которых народ созерцает себя я свою судьбу, исторически глядя в прошлые и пророчески глядя в будущее. «Ребенок, никогда не
мечтающий в сказках своего народа, - легко отрывается от него и незаметно вступает на
путь интернализации. Приобщение к чужеродным сказкам вме-сто родных будет иметь те же самые последствия34.
Поэзия также выступает одним из средств национального вос-питания, воспитания национальных чувств. Ильин подчеркива-ет, что как только ребенок начнет говорить и
читать, так классические национальные поэты должны дать ему первую радость стиха и постепенно раскрыть ему все свои сокро-вища. Ребенку также необходимо открывать доступ
ко всем видам национального искусства. Эта мысль Ильина весь-ма важна и необходима при
формировании национальных чувств, национального самосоз-нания и как итог -
национального характера.
Естественно, что среди факторов, формирующих националь-ные чувства, значительная
роль принадлежит истории. История каждого народа полна дра-матических, а нередко и трагических страниц. Но в ней есть и героическое, чем должен гордиться каждый человек, принадле-жащий к определенному этносу. Ильин приводит слова Пушки-на: « Гордиться
славою своих предков не только можно, но и должно; не уважать оной есть постыдное малодушие». Особенно здесь значительна роль учителя истории, ибо ему, наряду с семьей, принадлежит формировать национальное чувство, которое выступает предпо-сылкой формирования национального самосознания.
«Преподаватель истории отнюдь не должен скрывать от уче-ника слабых сторон
национального характера; но в то же время он должен указать ему все источники
национальной силы и славы. Тон скрытого сарказма по отноше-нию к своему народу и его истории должен быть исключен из этого преподавания. История учит духовному преемству
и сыновней верности; а историк, становясь между прошедшим и будущим своего народа,
должен сам видеть его судьбу, разуметь его путь, любить его и верить в его призвание. Только тогда он сможет быть истинным национальным воспитателем»35.
Национальные чувства формирует, по Ильину, армия или, выражаясь современным
языком - военно-патриотическое воспитание. Ребенок должен, подчеркивает Ильин,
переживать успех своей национальной армии как свой личный успех, его сердце должно сжиматься от ее неудачи; ее вожди должны быть его героями, ее знамена - его святынею.
Сердце человека вообще принадлежи г той стране и той нации, чью армию он считает
своего36.
Важным элементом в формировании национальных чувств в национальном воспитании выступает национальная территория. Ильин удачно ее называет «духовным пастбищем
народа», а не расстоянием «от столба и до столба». Необходимо знать просторы своей
страны, гордиться ими. А это чувство гордости необходимо вос-питывать. При чем это
чувство национальной гордости не должно сводиться к утвер-ждению о том, что лучшей территории нигде в мире нет. Непра-вомерность такой «гордости» показал еще И Франке в
статье «Дещо про самого себе». Необходимо формировать чувст-во национальной гордости за землю, на которой живешь и на ко-торой жили твои предки, необходимо любить среду
обитания этноса, к которому принадлежит человек и испыты-вать чувство гордости за эту
среду обитания, ее богатства, ее климат.
Анализ национального чувства содержится в работах О. Бау-эра. Он подчеркивает
взаимосвязь национального чувства и национального самосозна-ния. Бауэр отмечает, что
любое действие, связанное с сознательной деятельностью, сопро-вождается определенными чувствами. Что же касается сложных психических феноменов, то они вызывают у нас чувства
удовольствия или неудовольствия «Своеобразное чувство, - пи-шет Бауэр, - постоянно сопровождающее национальноее само-сознание - сознание самобытности собственной и
отличий других наций - мы называем национальным чувством37. Как видим, Бауэр,
фактически, сводит национальное чувство, включающее много-численную гамму оттенков,
лишь к одному аспекту, сознанию самобытности и отличия, хотя национальные чувства -
это прежде всего сфера общественной психологии, а потом уже и сознания. Чувства, в том
числе и национальные чувства, доминируют на уровне обыден-ного сознания. Данное обстоятельство не исключают того, что национальные чувства могут выступать объектом теоретическою сознания Сводя национальное чувство либо к удовольствию или
неудовольствию, Бауэр упрощает проблему, схематично тракту-ет этот весьма сложный
социальный феномен.
Бауэр связывает формирование чувства удовольствия с вос-приятием собственной национальной общности, а неудовольст-вия с восприятием чужой национальной общности.
Таким образом, знакомство с чужими нациями нередко вызывает любовь к своей
собственной нации Бауэр подчеркивает, что сила этой любви различна у представителей различных классов и у индивидов. В силу своей консервативности крестьяне проявляют
любовь к своей нации иначе, чем пролетарий или представитель буржуазии «Национальное чувство крестьянина коренится более всего в ненависти, тесно связанной с унаследованным преданием человека ко всему чужому, ко всякому новшеству38.
В советской литературе национальное чувство не было объек-том анализа. Лишь в
семидесятые годы Н Джандильдин, исследуя природу нацио-нальной психологии,
предпринял попытку рассмотрения национального чувства, определить его особенности
С точки зрения Джандильдина, «национальное чувство - это сложный комплекс многосторонних, направленных не только на свой собственный, но на другие народы, специфических прояв-лений человеческой психики, изменяющегося в зависимости от
изменений характера человеческого бытия.
Источником возбуждения этих проявлений являются внешние факторы, в первую очередь явления социальной жизни, имею-щие прямое или косвенное отношение к судьбе, чести и досто-инству данной этической общности, к ее жизненным интересам и ее
взаимоотношениям с другими народами»39. Джандильдин пра-вильно подчеркивает идею социальной детерминированности национальных чувств. Будучи элементом общественной психо-логии, национальные чувства, тем не менее, сущностью своего содержания обязаны общественному бытию. Деформированное общественное бытие приводит к деформации национальных чувств, что, в свою очередь, приводит к изменению обществен-ной
психологии, деформации, в конечном счете, психологии лично-сти.
Таким образом, национальные чувства - это весьма сложный социально-психологический феномен, природа которого опре-деляется той социальной средой, в которой живет этнос, в част-ности, представители определенной нации.
Выше отмечалось, что национальное чувство формируется под влиянием множества
факторов и будучи феноменом национальной психологии оно вместе с национальным
характером и национальным самосознанием составляет структу-ру национальной психологии.
_____________________
1 Гнатенко П. И., Кострюкова Л. О., Национальная психология: анализ проблем и противоречий, Киев, 1990.
2 Симонов П. В., Теория отражения и психофизиология эмоций, М., 1979. -С. 97.
3 Вырост И.С., Национальное самосознание: проблемы опреде-ления и анализа // Филос. и соц. мысль,
1989. - № 7. -С. 22.
4 Дробижева Л. М., Национальное самосознание: база форми-рования и социально-культурные стимулы
развития // Сов. этнография, 1989. - № 5. -С. 4.
5 Вырост И. С., Национальное самосознание: проблемы опреде-ления и анализа // Филос. и соц. мысль,
1989. - № 7. -С. 26.
6 Из работ, посвященных формированию национального созна-ния, в частности украинского национального
сознания следует отметить работу И. Кресиной: Україська національна свідомість і сучасні політичні процеси,
Київ, 1998.
7 Гердер И. Г., Идеи к философии истории. -С. 297.
8 При рассмотрении концепций нации автором использованы материалы, содержащиеся в отечественной
литературе, посвященные проблеме происхождения наций.
9Бауэр О., Национальный вопрос и социал-демократия, С-Петербург, 1909. -С. 130.
10 Там же. -С. 131.
11 Там же. -С. 131.
12 Там же. -С. 131-132.
13 Там же. -С. 132.
14 Там же. -С. 133.
15 Там же. -С 134.
16 Там же. -С.134.
17 Там же. -С.135.
18 Там же. -С. 135.
19 Там же. -С. 140.
20 Там же. -С.142.
21 Там же. -С. 142.
22 Там же. -С. 142.
23 Там же. -С. 145.
24 Там же. -С. 148.
25 Там же. -С. 153
26 Там же. -С.158.
27Тишков В. А., Забыть о нации // Вопросы философии, 1998. -№ 9. -С. 26.
28 Там же. -С 18.
29 Ильин И. А., Путь к очевидности, М., 1993. -С. 228.
30 Там же. -С. 229.
31 Там же. -С. 229.
32 Там же. -С. 229-230.
33 Там же. -С. 238.
34 Там же. -С. 239.
35 Там же. -С. 239.
36 Там же. -С. 240.