А. С. Даргомыжский

(1813 - 1869)

Червяк

 

Жанр: песня для голоса с фортепиано.

Время создания романса: 1858 год.

Автор текста: Пьер Жан  де Беранже (1780  - 1857); перевод В. Курочкина.

 

            Эта песня написана на стихи французского поэта Беранже, творчество которого было  весьма созвучно с этическими и эстетическими устремлениями композитора. Пьер Жан де Беранже родился 19 августа 1780 г. в Париже, в буржуазной семье (несмотря на приставку де в фамилии он не был аристократом). Он известен, прежде всего, своими сатирическими произведениями. В детстве стал свидетелем революционных событий, в частности видит разрушение Бастилии. Учился в Перонне в школе, организованной по принципам Ж. Ж. Руссо. В первых поэтических опытах видно влияние классицизма, но вскоре Беранже осваивает более простой и демократичный песенный жанр. Многие произведения Беранже написаны в жанре куплетов. Куплеты состояли обыкновенно из нескольких строф и «рефрена» (припева), повторяемого после каждой строфы.

Опираясь на опыт Беранже и на технику водевильных песенок, В. Курочкин разработал жанр сатирического «куплета». Курочкин искал острых стихотворных сатирических формул, которые врезались бы в память читателя, вошли в обиходную речь, плотно прилепились бы к объекту нападения. Это требование блестяще осуществлялось отточенным рефреном, хлестким каламбуром, неожиданной рифмой и т. д. Изобретательность Курочкина в этом отношении была неисчерпаема. Переводы Курочкина из Беранже сливаются с оригинальным творчеством в одно целое. Благодаря Курочкину Беранже стал одним из любимых писателей разночинной756 интеллигенции. Несмотря на нередкие смягчения (из-за цензуры) переводы Курочкина из Беранже и сейчас сохранили значение.

*

            Последний период творчества Даргомыжского, наиболее оригинальный и значительный, можно назвать реформаторским. Его начало, коренясь уже в речитативах «Русалки», ознаменовывается появлением ряда оригинальных вокальных пьес, отличающихся то своим комизмом - или, вернее, гоголевским юмором, смехом сквозь слезы («Титулярный советник», 1859), то драматизмом («Старый капрал», 1858; «Паладин», 1859), то тонкой иронией («Червяк», 1858), то жгучим чувством отвергнутой женщины («Расстались гордо мы», «Мне все равно», 1859) и всегда замечательных по силе и правде вокальной выразительности. Эти вокальные пьесы были новым шагом вперед в истории русского романса после Глинки и послужили образцами для вокальных шедевров Мусоргского, написавшего на одном из них посвящение Даргомыжскому – «великому учителю музыкальной правды».

      В «Червяке», пользуясь формой прямой речи-рассказа, Даргомыжский создал законченный портрет пресмыкающегося перед начальством чиновника. Его  образ  передан  через  верно схваченные интонации бытовой речи. Подчеркнуто  скромные, подобострастные, они благодаря интонационной и ритмической сглаженности  кажутся как бы нейтральными безликими (пафос самоунижения!). Зато,  появляющиеся при  упоминании о «высокой особе» широкие интервалы, акценты, замедления,  сообщают интонациям особую «весомость», «значительность», которые так приличествуют речи незначительного чиновника даже при простом упоминании имени «его  сиятельства».

      На первое издание песни «Червяк» откликнулся А. Серов, в заметке «Новоизданные музыкальные сочинения», опубликованной в «Театральном и музыкальном вестнике» (от 18 мая 1858 года):

«Два новых произведения А. С. Даргомыжского на песни Беранже в переводе Курочкина:

1)      «Старый капрал» («Le vieux Caporal»), песня драматическая. 

2)      «Червяк» («Le senator»), песня комическая.

            Талант А. С. Даргомыжского к драматической правде в музыке может быть  неизвестен только тем, кто вообще ничего  в музыке не смыслит.

Две здесь означенные песенки – новое блистательное подтверждение необыкновенного дарования, создавшего бездну романсов восхитительных и капитально-драматические сцены в опере «Русалка».

            <…>[1] Другая песенка чисто  сатирическая, по тому самому граничит с сюжетом вовсе не музыкальным и должна впадать в водевильность; но  и над этими невыгодами восторжествовал гибкий талант автора музыки. Оттенки выражения, мастерски схваченные с натуры, как в tableau de genre [жанровой картине], и в этой песенке чрезвычайно занимательны и даже несколько мирят музыкальность с намерениями иронии и злой насмешки  в тексте. Перевод  со многих  сторон  сильнее оригинала, а музыка не ослабляет впечатления. На невыгодной для музыки сатирической почве это  уже чрезвычайно  много».[2]



[1] Характеристика А. Серова первой песни – «Старый капрал» - приводится в нашей статье об  этой песне.

[2] Серов А. Статьи о музыке.  Выпуск 3. М. 1987. С. 262. Характеристика первой песни – «Старый капрал» - приводится в нашей статье об этой песне.

 

© Александр МАЙКАПАР