Семирадский Генрих Ипполитович

(1843-1902)

       Генрих Ипполитович Семирадский родился 24 октября 1843 года в селе Новобелгород (ныне Печенеги) недалеко от Харькова. Его отец, Ипполит Семирадский, был офицером драгунского полка царской армии. В 1872 году, выйдя в отставку в чине генерала, он поселился в Варшаве. Семья Семирадских сохраняла католическое вероисповедание и берегла польские национальные традиции.
       В поэме Адама Мицкевича (1798-1855) «Пан Тадеуш» (1834), в которой поэт красочно, с юмором изобразил мир старопольского быта, упоминается семья Семирадского. Семирадские и Мицкевичи происходили из Новогрудка. Крестным отцом Ипполита Семирадского, брата художника, был брат Адама Мицкевича – Александр, юрист, профессор Харьковского университета.
        Первые уроки рисования Семирадский получил у преподавателя 2-й Харьковской гимназии, ученика Карла Брюллова Д.И.Безперчего. Занятия по рисунку Безперчий сопровождал рассказами о великих художниках прошлого – Леонардо да Винчи, Рафаэле, из русских – о А.Лосенко, О.Кипренском и о своем кумире Карле Брюллове. Позднее, в письме к учителю Семирадский – самый талантливый воспитанник харьковского преподавателя рисования и чистописания – с благодарностью скажет: «…Впоследствии, став на ноги, я имел случай на каждом шагу убеждаться в разумности начал, которые вы мне дали, начал широких, дававших возможность одновременно развивать воображение и технику, и требовавших упражнения в рисунке, живописи и композиции. Вся моя последующая художественная деятельность создавалась на этих Вами посеянных началах». Под влиянием Безперчего сформировались пристрастия Семирадского в искусстве, что впоследствии органично привело его на пути академического классицизма.
        В 1860 году, уступая воле отца, Семирадский поступил в Харьковский университет на физико-математический факультет естественного отделения. В 1864 он его окончил, получив звание кандидата физико-математических наук. Диссертация Семирадского называлась "Об инстинктах насекомых". К предмету своих университетских занятий Семирадский более не вернется, но математический расчет в построении композиции, способность воспринимать мир через детали и подробности, острая наблюдательность глаза найдут преломление в его творчестве.
       В 1864 году Семирадский приехал в Петербург и поступил вольнослушателем в Академию художеств, так как согласно академическому Уставу, лицо, достигшее двадцатилетнего возраста, не имело права состоять учеником Академии на общих основаниях, а лишь на правах вольнослушателя, что подразумевало платное обучение и лишало возможности участвовать в конкурсе на большую золотую медаль и претендовать на шестилетнюю поездку за границу за счет Академии. В 1865 году Семирадский получил малую серебряную медаль за эскиз «Ангел смерти избивает всех первенцев Египта». В январе 1866 года Семирадский подал прошение в совет Академии о переводе из вольнослушателей в ученики. Прошение было удовлетворено, и Семирадский был зачислен в натурный класс, где его профессорами стали Богдан Виллевальде и Карл Вениг. Талант Семирадского успешно развивался. На осеннем экзамене 1866 года он получил две серебряные медали: второго достоинства за рисунок с натуры и первого достоинства за натурный этюд. Далее успехи Сеирадского шли по нарастающей. Его эскизы сепией «Сошествие Христа во ад» (1868), «Содом и Гомора» (1869), «Избиение младенцев» (1869) поразили преподавателей и соучеников незаурядностью исполнения, а главное - той легкостью, с какой начинающий художник компоновал сложнейшие многофигурные композиции. В сентябре 1868 года Семирадский был удостоен Малой золотой медали за программу «Диоген разбивающий чашу», что дало ему право участвовать в конкурсе на Большую золотую медаль – венец академического обучения и мечта всех учеников Академии.
       В 1870 он представил на суд академического ареопага программу "Доверие Александра Македонского врачу Филиппу". За нее Семирадский получил при единодушном согласии жюри искомую награду – Большую золотую медаль и право на пенсионерскую поездку за границу за казенный счет. Изящество линий, четкость силуэтов фигур, гармоничный колорит – принадлежат к достоинствам этой ранней работы Семирадского. В ней он показал себя талантливым учеником академической школы, впитавшим заветы классицизма, восходящие к Брюллову, Бруни, Иванову. В этой работе уже содержится творческое кредо Семирадского: интерпретация сюжета преимущественно пластическими средствами без углубления в литературную драматургию.
       Осенью 1871 года Семирадский покинул Петербург. Молодой талантливый выпускник Академии сначала отправился в Мюнхен, в то время один из крупнейших европейских художественных центров.
       В Мюнхен Семирадский привез эскизы для работы над большой композицией «Римская оргия блестящих времен цезаризма» (1872). Картина написана по мотивам романа Гая Петрония «Сатирикон». Это было первое многофигурное полотно художника. Здесь ему предстояли задачи несравненно более сложные, чем в дипломной работе: большой формат холста, сложный архитектурный фон, ночное освещение, разнообразие поз персонажей, соединение архитектуры, скульптуры и человеческих фигур в единую композиционную систему. Амбиции и творческая отвага молодого художника вызывают уважение.
       В 1872 картина была показана в выставочном зале Мюнхенского художественного общества, а затем в Петербурге на Академической выставке, где и была приобретена Великим князем Александром. Александровичем, будущим императором Александром III. Это обстоятельство сыграло важную роль в дальнейшей судьбе Семирадского. В лице великого князя Александра Алексадровича он нашел влиятельного покровителя и ценителя своего таланта, который будет приобретать для своей коллекции, ставшей впоследствии ядром Русского музея, почти все основные произведения художника.
       В 1872 году Семирадский прибыл в Италию. В Италии окончательно определился круг тем его творчества: сюжеты из истории античности и раннего христианства. Здесь писались основные полотна Семирадского: "Грешница" (1873, Государственный Русский музей), "Светочи христианства" (1876, Краковский художественный музей), "Фрина на празднике Посейдона в Элевсине" (1889, Государственный Русский музей). Он жил в основном в Италии, иногда ненадолго возвращаясь в Петербург или Варшаву, стал частью большой интернациональной колонии художников в Риме. Рим был для него домом, источником бесконечных художественных впечатлений. Античные памятники Рима, его роскошные виллы, разнообразие и красочность этнических типов – будут питательной средой его искусства. Рим окончательно оформил эстетические принципы Семирадского в систему, придал его работам монументальность и благородство большого стиля; воздух и природа юга Италии очистили его колорит от «музейных» коричневых тонов, доминировавших в «Оргии времен цезаризма», сделают его пленэризм таким живым и достоверным. Академический классицизм Семирадского согреет к Вечному городу, его истории, его памятникам и обитателям.
       "Грешница" (1873) – первая большая картина, завершенная в Риме Семирадским и принесшая ему первый настоящий успех. Она была написана по заказу великого князя Владимира Александровича, с 1869 года – президента Академии художеств. Видимо им же был предложен художнику и сюжет - из популярной поэмы А.К.Толстого "Грешница". В поэме описана встреча Христа с красавицей-блудницей и ее внезапное духовное перерождение под влиянием нравственной силы личности Христа – апокрифический сюжет, отсутствующий в Евангелии. В картине "Грешница" в творчестве Семирадского впервые появляется тема столкновения двух миров – мира христианства и его ценностей и мира языческого. На подобном конфликте основана драматургия почти всех его больших полотен – "Гонители христиан у входа в катакомбы", "Светочи христианства (Факелы Нерона)", "Христианская Дирцея".
       В 1873 Семирадский обвенчался в Варшаве со своей кузиной Марией Прушиньской. Этот брак оказался счастливым. Мария родила Семрадскому четверых детей: троих сыновей - Болеслава, Леона, Казимира и дочь Ванду.
       Работая, с большим подъемом, Семирадскй решает летом 1873 сделать перерыв и отправиться в путешествие по Европе. Но это путешествие, едва начавшись, вскоре было прервано: жажда новой большой работы призвала художника в Рим, в мастерскую. В письме к коференц-секретарю Академии художеств П.Ф.Исееву он писал: "Сюжет картины взят из первого гонения христиан при Нероне; в великолепном саду "Золотого дворца" Нерона произведены изготовления для пышного ночного праздника; на полянке перед дворцовой террасой собралось общество, нетерпеливо ожидающее начала великолепного зрелища – живые факелы, христиане, привязанные к высоким шестам, обвязанные соломой и облепленные смолой, расставлены в равных промежутках; факелы еще не зажжены, но император уже прибыл, несомый на золотых носилках и окруженный свитой наемных льстецов, женщин и музыкантов, сигнал уже подан и рабы готовятся зажечь факелы, свет которых осветит самую безобразную оргию; но эти же самые светочи разогнали тьму языческого мира и, сгорая в страшных мучениях, распространили свет нового учения Христа. Поэтому картину мою я и думаю озаглавить "Христианские светочи" или "Светочи христианства". Сюжет картины основывается на «Анналах» Тацита (55-120 г. н.э.). Римский император Нерон (54-68 г. н.э.) обвинил христиан в поджоге Рима (в июле 64 г. н.э.) и обрек их на страшную казнь.
       В Римской Академии Св. Луки Семирадский впервые выставил "Светочей..." перед отправкой картины в Петербург. Восхищенные ученики Академии поднесли художнику лавровый венок. Семирадский удостоился почестей, которыми Италия в свое время встретила "Последний день Помпеи" Карла Брюллова.
       Шестилетний пенсионерский срок завершился с триумфом. Картина экспонировалась в 1876 году Риме, Мюнхене, Вене, на Всемирной выставке в Париже 1878 года, где произвела фурор, художник получил за нее большую золотую медаль и орден Почетного легиона. Тогда же Академии изящных искусств в Берлине, Стокгольме и Риме избрали Семирадского своим членом, а флорентинская галерея Уффици предложила художнику написать свой автопортрет.
       За "Светочей христианства" в 1877 Совет петербургской Академии художеств удостоил Семирадского звания профессора, и выразил своему питомцу мнение Совета, что "вся его деятельность приносит честь Академии и русскому искусству".
       Осязаемый, чувственный, красочный образ античности, созданный Семирадским , стал своего рода эталоном для последней трети ХIХ столетия, его картины служили источником для литературных произведений из "античной" жизни. Картина Семирадского "Светочи христианства" оказала большое влияние на литературу, театр и изобразительное искусство своего времени. Генрик Сенкевич при работе над романом "Камо гредеши" (1896) руководствовался не только сочинениями Корнелия Тацита и Плиния старшего, но и ярким образом позднеантичного мира, явленном в картине Семирадского.
       За год до завершения работы над "Светочами..." Семирадский получил предложение принять участие в росписях Храма Христа Спасителя в Москве. Семирадскому предстояло написать четыре композиции из жития Св.Алексадра Невского в северном крыле: "Александр Невский в орде", "Александр Невский принимает папских легатов", "Кончина Александра Невского" и "Погребение Александра Невского". Этим росписям придавалось важное значение в начале строительства храма и впоследствии, так как придел был посвящен покровителю Александра I, давшего обет воздвигнуть Храм Христа Спасителя, Александру II, строящему храм в течение двадцати лет, и Александру III, завершившему это строительство.
       Впоследствии Семирадский также исполнил над окнами хоров храма росписи на сюжеты "Крещение Господне" и "Въезд Христа в Иерусалим", а также монументальный запрестольный образ "Тайная вечеря". Эта большая работа была сделана Семирадским всего за 15 дней по предварительным эскизам.
       К сожалению, работы Семирадского для Храма Христа Спасителя не сохранились. О них можно судить по старым фотографиям, эскизам, копиям художников второй половины ХIХ - начала ХХ века.
       Кроме росписей в Храме Христа Спасителя в наследии Семирадского мы встречаем целую серию монументальных работ для храмов в России и Польше: «Евангелист Лука» для Исакиевского собора в С.-Петербурге (1886); "Воскресние" для костела Всех святых в Варшаве, "Вознесение" для главного алтаря костела монашеского ордена Воскресения Господня в Риме (1891), "Распятие" для польского костела в Харькове.
       В 1883 году, завершив работу над "Светочами..." и цикл росписей в Храме Христа Спасителя, Семирадский построил по проекту известного итальянского архитектора Ф.Азури в Риме, на Виа Гаэта, дом с большой двухэтажной мастерской, оснащенной специальными техническими приспособлениями для передвижения больших холстов. Художник лично участвовал в проектировании и оформлении интерьеров дома. Это двухэтажное здание, отделанное каррарским мрамором с ионическими пилястрами отражало привязанность Семирдского к искусству Древней Греции (Вилла не сохранилась).
       В 1882 году Семирадский получил новый заказ: ему было предложено написать для Исторического Музея в Москве две большие картины на сюжеты из русской истории – "Похороны Руса в Булгаре" (1883) и "Тризна дружинников Святослава после боя под Доростолом. (Ночные жертвоприношения)"(1884). Семирадский очень серьезно подошел к этой работе. По просьбе художника археолог В.И.Сизов, ученый секретарь Исторического музея, присылал ему в Рим для работы зарисовки оружия, украшений, костюмов, орнаментов.
       Параллельно с работой над огромными многофигурными картинами: "Грешница", "Светочи христианства", "Славянским циклом" для Исторического музея и композициями для храма Христа Спасителя, которые создали ему имя и принесли все возможные академические награды, Семирадский постоянно работал над камерными холстами в основном на сюжеты "из античной жизни", которые были очень популярны у современников художника. Выйдя из его мастерской, эти малые "античные жанры" поселялись во дворцах русской и польской знати, в буржуазных гостиных и профессорских кабинетах.
       Формула авторской трактовки жанра "идиллии" была впервые найдена Семирадским в картине "По примеру богов" (1877), приобретенной Алекандром II для Эрмитажа, которая получила широкую известность и впоследствии неоднократно повторялась художником.
       В картине «Танец среди мечей. (1881, ГТГ ) пейзажный образ итальянского юга находит свое окончательное выражение. «Только тот, кто собственными глазами смотрел на окрестности Рима и Неаполитанский залив, сумеет понять, сколько правды и души в этом пейзаже, в этой голубизне и в этом созвучии розовых и голубых цветов и в этой прозрачной дали. Если бы эта картина была только пейзажем, если бы ни одно человеческое существо не оживляло тишину и покой, – даже тогда она была бы шедевром» (Генрик Сенкевич)
       Пленэризм пейзажей Семирадского и иллюзионистическая достоверность предметов призваны были убедить зрителя в том, что античность – не золотой сон, пригрезившийся человечеству, а быль. Вот они – античные девы в светлых туниках отдыхают в тени олив в жаркий полдень, играют в кости или слушают песню невольницы, ласкают детей, несут на голове амфоры с водой или вином, в то время как солнце просвечивает сквозь листву, кружевная тень ложится на мрамор скамеек и фонтанов, кое-где загораясь яркими желтыми бликами, ветер шевелит кроны деревьев, влажная дымка окутывает контуры гор и сапфировую воду залива.
       В 1889 году Семирадский заканчивает картину «Фрина на празднике Посейдона в Элевзине», которая стала самым популярным произведением художника. «Давно я мечтал о сюжете из жизни греков, дающем возможность вложить как можно больше классической красоты в его представление. В этом сюжете я нашел громадный материал! Солнце, море, архитектура, женская красота и немой восторг греков при виде красивейшей женщины своего времени, восторг народа-художника…», – писал Семирадский о своем творческом замысле.
       Сюжет Фрины был взят Семирадским из "Пира софистов" древнегреческого автора Афинея Навкратийского. "Фрина" Семирадского этически не нагружена, горда совершенной красотой своего тела, спокойно позволяет восхищаться и любоваться собой толпе. Пейзаж – одно из несомненных достоинств картины. Семирадскому удалось передать ощущение самого воздуха Греции, дыхание морского бриза, развевающего волосы юношей и девушек, наполняющего складки хитонов, сражающегося с пламенем жертвенника. Тем не менее, постоянная забота о красоте поз, драпировок, отдельных групп возвращает к обычной академической рутине.
       Параллельно с работой над станковыми произведениями Семирадский периодически брался за исполнение заказов на декоративные панно для интерьеров. Так им были исполнены плафоны "Аврора" (1886) и "Весна" (1890) в доме Ю.С.Нечаева-Мальцева в Санкт-Петербурге. В 1883 он расписал большой плафон "Свет и тьма" для дворца Завишей в Варшаве. Он исполнил занавесы для Краковского (1894) и Львовского театров (1900), росписи боковых стен эстрады концертного зала Варшавской филармонии "Музыка религиозная и музыка светская" (1901).
        «Христианская Дирцея в цирке Нерона» (1897) – последняя крупноформатная картина Семирадского. Она была показана русской публике в 1898 году в Москве и Петербурге. Критика и зрители отнеслись к картине прохладно. Отсутствие ожидаемых в работах Семирадского пленэрных эффектов – солнца, воздуха, пленительных пейзажей южной природы оттолкнуло и разочаровывало публику. Картина выглядела вымученной, сухой и эмоционально не затрагивала зрителей. Хотя образ Нерона, тучного, пресыщенного, развращенного, можно отнести к несомненным удачам этого полотна.
       Последние годы жизни Семирадского были омрачены мучительной и редкой болезнью – раком языка. Он умер 23 августа 1902 года в своем имении Стржалков под Новородомском близ Ченстоховой. Художника похоронили на варшавском кладбище Повонзки рядом с могилами отца и матери, но через год его прах был перезахоронен в краковском костеле "На скалке" в некрополе крупнейших деятелей польской культуры. Многочисленные отклики в печати на смерть Семирадского были единодушны в одном: "умер последний классик русского искусства".