С. В. Рахманинов.

Концерт № 2 для фортепиано с оркестром (1901)

 

«Человек – это звучит гордо», - так сказал Максим Горький. И так мыслил не только он один. Эту идею с большим вдохновением подхватили многие люди искусства начала ХХ века, она словно витала в воздухе, как и сам вихрь перемен. Каждый мыслящий человек этого времени чувствовал в себе потребность внести свой вклад в эти перемены и как-то выразить это настроение в творчестве.

«Человек – это звучит величественно», - сказал Рахманинов во Втором концерте для фортепиано. Сергей Васильевич не любил говорить о своей музыке словами, в отличие, например, от Скрябина, музыканта и философа. Но если философия – это территория мозга, то музыка – это простор души. Она ранима и чувствительна, и в то же время сильна и свободна. Есть такое понятие: «великодушие», что, очевидно, означает, «великая, щедрая душа». Все это в полной мере можно сказать о Рахманинове и его музыке. Нет необходимости распространяться о его широких, певучих мелодиях, о которых все без исключения говорят, что такую мелодию мог сочинить истинно русский Художник. Нет необходимости напоминать о том, что русская песенность естественно «живет и дышит» в музыке Рахманинова, как сама природа, хотя он никогда не цитирует народных песен. Так же нет необходимости следить за «соревнованием» инструментов в жанре концерта, потому что его мелодии заставляют забыть об анализе. Но есть очевидная необходимость, и даже потребность СЛУШАТЬ эти мелодии, сливаться с ними, позволить своей душе парить по нескончаемым русским просторам вместе с этой музыкой.

 

«Сочинять музыку для меня такая же насущная потребность, как дышать или есть: это одна из необходимых функций жизни. Постоянное желание писать музыку — это существующая внутри меня жажда выразить свои чувства при помощи звуков, подобно тому как я говорю, чтобы высказать свои мысли. Думаю, что в жизни каждого композитора музыка должна выполнять именно эту функцию. Любая другая сделала бы её чем-то второстепенным», - писал Рахманинов в статье «Музыка должна идти от сердца».

Что же касается стиля и самого музыкального языка – то снова хочется процитировать Рахманинова, и его слова скажут сами за себя: «...самая трудная проблема, стоящая и по сей день перед каждым творцом, — это быть кратким и ясным. В результате накопленного опыта художник приходит к пониманию того, что гораздо труднее быть простым, чем сложным».

 

Первое полное исполнение произведения состоялось в 1901 году в симфоническом собрании Московского филармонического общества под управлением А. Зилоти. Второй концерт еще при жизни автора стал самым известным его произведением, и в наше время остается одним из самых любимых.

 

Первая часть концерта Moderato наполнена большим богатством образного содержания. Она является основополагающей в цикле, это исток всего дальнейшего музыкального развития. Сохраняя в этой части классическую форму сонатного allegro, Рахманинов очень индивидуально трактует соотношение ее элементов. В основе части лежат две темы, обе широко распевные, свободные, но различные по выразительной окраске. Первая  - суровая и мужественная, динамичная, ведущая мелодическая роль в ней принадлежит оркестру. Вторая – светлая, лирическая и мечтательная, излагается у солирующего фортепиано.

 

Вторая часть - Adagio sostenuto – лучший образец светлой, поэтической лирики. При довольно значительной продолжительности звучания вся она построена на одной теме. Единство и выдержанность эмоционального колорита подчеркивается остинатностью непрерывно текучего ритмического фона. Две волны кульминации в среднем разделе части ускоряют общее движение, оживляют ритмические фигуры. Бурный поток пассажей – каденция плавно «вливается» в репризу.

 

Финал – Allegro scherzando – тематически перекликается с Первой частью. В теме главной партии соединяются черты марша и скерцо (шутки). Побочная тема – по аналогии с Первой частью – лирическая, но более сжатая, излагается сначала у оркестра, позже у фортепиано. Главный идейный вывод приходится на коду, которая приобретает значение обобщающего, синтезирующего эпилога ко всему произведению. Рахманинов здесь использовал прием превращения лирического образа в гимн: мощное, торжествующее проведение темы побочной партии воспринимается как воспевание красоты и величия человека.

 

© Инна АСТАХОВА